Bar coin

Германские войны: сыновья Константина и Юлиан Отступник

govitya — Wed, 07 Mar 2018 18:54:57 GMT

Римский император Константин I Великий оставил своим наследникам реформированное централизованное государство с новой столицей Константинополем и христианством в качестве господствующей религии. Но, как это уже не раз бывало, на смену относительно спокойному периоду римской истории, когда страна управлялась мудрым и сильным правителем, снова пришло время смуты и раздробленности. Сыновья Константина начали междоусобную войну всего через три года после смерти отца, и восстановить единство империи смог только его племянник, из-за возврата к язычеству известный как Юлиан Отступник.

Сыновья Константина

После смерти императора Константина 22 мая 337 года его сыновья разделили между собой Римскую империю. Старший сын, Константин II, получил Галльскую префектуру, в состав которой входили британские, галльские, германские и испанские провинции; средний, Констанций II, — Восток и Египет; младший, Констант, – Италию, Африку и Иллирик.

Царь принимает иностранных послов. Иллюстрация из иллюминированного кодекса Вергилия начала V века

Через несколько лет Константин почувствовал себя обделённым и потребовал у Константа Африку. Тот отказался, и в 340 году между братьями началась война. Константин с большой армией перешёл Альпы и появился в северной Италии. Констант в это время находился на Дунае. В Италию он послал отборные части своей армии, а сам с основными силами намеревался следовать за ними. Ещё до его прибытия Константин с небольшими силами у Аквилеи попал в засаду, устроенную воинами Константа, и погиб. Армия Константина присягнула Константу, который стал правителем всей западной части империи.

Констант, как и его отец, был храбрым воином. В 341–342 годах он успешно сражался с франками на Рейне, а в 343 году посетил Британию, где предпринял краткосрочную кампанию против пиктов. Но во внутренней политике он не был столь успешен. Среди его придворных процветало взяточничество и казнокрадство. Всеми делами во дворце заправляла придворная камарилья, а сам император предпочитал делам развлечения.

В начале 350 года магистр оффиций Марцеллин организовал заговор. Он пригласил императора отдохнуть к себе на виллу в окрестностях Августодуна (Отён). 18 января, пока Констант был на охоте, Марцеллин провозгласил императором популярного в армии трибуна Отборного легиона Иовианов Флавия Магненция. Солдаты, получившие деньги, приветствовали узурпатора. Констант пытался бежать в Испанию, но был настигнут и обезглавлен в небольшом городке в Пиренеях.

Узурпация Магненция

В скором времени власть Магненция признало большинство провинций западной части Римской империи. Он попытался договориться с правившим на Востоке Констанцием, предложив ему разделить Римскую империю поровну, но тот отказался.

Тогда Магненций весной 351 года назначил цезарем своего брата Децентия и набрал 100-тысячную армию, в которую входили присланные германцами вспомогательные отряды. С этими силами он двинулся вдоль Дуная и вступил в Паннонию. Навстречу ему шёл Констанций, который только что сумел заручиться поддержкой дунайской армии.

Изображение Констанция II на манускрипте Хронографии 354 года. Коллекция Барберини, Ватиканская библиотека

Решающая битва между соперниками состоялась 28 сентября 351 года у Мурсы, важной переправы через Драву. Бой был одним из самых кровавых в римской военной истории. Магненций потерял в нём свыше двух третей своего войска, Констанций — около половины. В общей сложности на поле боя осталось лежать 54 000 тел воинов.

C остатками своей армии Магненций отступил в Аквилею, где и зазимовал. Весной 352 года ему удалось одержать победу над преследовавшим его авангардом армии противника. Тем не менее Италия отказалась его принять, а Рим послал приветственную делегацию Констанцию. Узурпатор вынужден был поспешно бежать в Галлию, где занялся организацией обороны. Чтобы разделить силы противника, Констанций пригласил вторгнуться в Галлию зарейнских германцев. Бороться с ними Магненций отправил своего брата Деценция.

Летом 353 года через Испанию войска Констанция вторглись в Галлию. Магненций потерпел новое поражение в битве у Лугдуна (Лиона). После измены ближайшего окружения 11 августа 353 года в Августе Треверов (Трире) он покончил с собой. Вскоре после этого был также убит и его брат.

Назначение Юлиана

Констанций стал единоличным правителем Римской империи. Чтобы расследовать обстоятельства мятежа и привести в порядок дела в западных провинциях, он на несколько лет обосновался в Медиолане (Милан). При императорском дворе процветали доносы и интриги. Своих постов и даже жизни лишились все те, кого император подозревал в поддержке его врагов или посягательстве на власть.

Одной из жертв террора стал военный магистр пехоты Клавдий Сильван. Он был франком по происхождению, служил в качестве трибуна легиона в армии Магненция и вместе со своими людьми перешёл на сторону Констанция II накануне битвы при Мурсе, за что и получил повышение по службе. Зная о поступившем на него доносе, 11 августа 355 года Сильван поднял мятеж и провозгласил себя императором в Колонии Агриппины (современном Кёльне). Продержавшись у власти лишь 28 дней, он был убит посланными Констанцием II людьми.

Тем временем на границах империи активизировались её противники. Сарматы разоряли провинции по Дунаю, на Востоке назревала новая война против персов. Галлия была захвачена германцами, которые явились сюда во время гражданской войны по приглашению обеих сторон и не спешили возвращаться обратно. Не довольствуясь уже разорением сельской местности, германцы осаждали большие города. Жертвой их нападения стала Колония Агриппина, которая была взята и разрушена франками после долгой осады.

Галлия и рейнская граница в IV веке

Чтобы справиться со всем многообразием возникших задач, Констанций по традиции прибегнул к разделению власти. 6 ноября 355 года он провозгласил цезарем 23-летнего Флавия Юлиана, представителя боковой ветви потомков Константина Великого.

Юлиан получил блестящее образование в греческом философском духе, но к моменту своего назначения не имел никакого политического или военного опыта. Посылая его в Галлию, Констанций окружил его штатом многочисленных помощников, которые должны были оказывать цезарю содействие в различных отраслях и одновременно осуществлять за ним негласный надзор.

Одновременно для укрепления династических связей Юлиан должен был жениться на сестре Констанция Елене. Впрочем, этот брак оказался бездетным и просуществовал лишь несколько лет. По окончанию торжеств Юлиан немедленно выехал в провинцию, откуда поступал тревожные вести.

Юлиан в Галлии: кампания 356 года

Зиму Юлиан провёл в Виенне, собирая сведения о противнике и проходя военную подготовку. С наступлением лета он с небольшим эскортом добрался отсюда до Рем (Реймс), который был назначен пунктом сбора войск. По пути он отогнал большой отряд алеманнов, осаждавший Августодунум. Из Рем римская армия направилась к берегу Рейна по стране, кишащей вражескими отрядами.

Однажды германцы под покровом тумана сумели обойти Юлиана с тыла и напасть на два легиона арьергарда, которые были бы уничтожены, если бы не своевременно поданная им помощь. Возле Бротомага (Брумат) римлян вызвал на бой отряд германцев, занимавший город. Для Юлиана это стало первым крупным сражением в жизни. Он выстроил свою армию в виде полумесяца с выдвинутыми вперёд флангами. Когда сражение началось, солдаты прорвали строй врага и охватили противника с обеих сторон. Часть германцев оказалась захвачена в плен, но большинство, по-видимому, убежало.

Надгробие Лепонция, римского воина, жившего в середине IV века. Позади него штандарт с изображением петуха. Страсбург

Убедившись на месте, что берег Рейна занят алеманнами и наличных сил недостаточно, чтобы в одиночку противостоять врагу, Юлиан повернул на север. Здесь он занял ранее захваченные варварами Конфлюентес (Кобленц) и Колонию Агриппины. Появление римской армии поубавило у франков спеси, и они согласились заключить перемирие.

Приближалась зима, и Юлиан с небольшим эскортом отправился на квартиры в Сеноны (Санц). Большая часть его армии находилась в Ремах под командованием магистра конницы Марцелла. Несколько дезертиров германского происхождения сообщили своим о местонахождении цезаря и составе находившихся при нём сил. Большой отряд германцев внезапно появился под городскими стенами, однако ворота были своевременно закрыты, а осаждать города варвары не умели.

Римляне были всё время настороже, стены и ворота круглосуточно охранялись. Кроме того, Юлиан надеялся на помощь со стороны Марцелла. Простояв 30 дней и изведя бывшее при них продовольствие, варвары вынуждены были удалиться восвояси. Марцелл на выручку так и не пришёл.

Кампания 357 года

В 357 году командование запланировало провести крупные наступательные операции против алеманнов. В поддержку Юлиану Констанций отправил из Италии 25-тысячное войско магистра пехоты Барбациона. Сам он также на время переехал в Рецию, чтобы находиться в непосредственной близи от эпицентра военных действий. План состоял в том, чтобы двумя армиями охватить противника в клещи. Юлиан со своей армией должен был наступать на юг вдоль берега Рейна, Барбацион — двигаться ему навстречу от верховий Дуная.

Галльская кампания Юлиана 356–358 годов

К сожалению, взаимодействие между обеими армиями было отнюдь не на высоте. Барбацион взял за правило саботировать присылаемые ему распоряжения, надеясь таким образом выслужиться перед Констанцием. Германцам зачастую удавалось пользоваться размолвкой между римскими военачальниками в собственных интересах.

Еще до начала выступления большой отряд алеманнов сумел пройти между обеими римскими армиями незамеченным и напасть на столицу галльских провинций Лугдун (Лион). Город удалось отстоять благодаря укреплениям и бдительности стражи, однако разбойники рассеялись по окружавшей его сельской местности, где взяли большую добычу. Юлиан выслал для их преследования отряды конницы, которые при возвращении варваров многих из них перебили. Уйти смогли только те из налётчиков, которые прошли через посты Барбациона. По небрежению или намеренно, здесь в это время не была установлена охрана.

Когда настало время главной наступательной операции, алеманны загородили путь римской армии засеками из брёвен. Солдатам приходилось разбирать эти завалы, чтобы провести по дороге обоз. Продвижение осуществлялось крайне медленно.

Тем временем Юлиану сообщили, что значительная часть варваров вместе с жёнами и детьми укрылась на островах на Рейне. У Юлиана не было кораблей, однако лазутчики показали, что летом река обмелела, и некоторых островов можно достичь вброд. Трибун Байнобавд с отрядом корнутов перешли реку, когда вброд, когда плавь, используя при этом свои широкие щиты.

На рассвете римляне обрушились на ничего не подозревавших германцев и уничтожили всех поголовно. На берегу солдаты нашли несколько лодок, спустили их на воду и двинулись от острова к острову, убивая всех, кого смогли найти. Перебив множество врагов, корнуты вернулись назад, не потеряв ни одного человека.

Заняв левый берег Рейна и очистив его от врагов, Юлиан занялся восстановлением римских прибрежных укреплений. Его солдаты собирали оставленный варварами на полях урожай и грабили их имущество.

Битва при Аргенторате

Хотя Юлиан добился серьёзных успехов, их все же было недостаточно, чтобы внушить варварам страх. Алеманны не собирались сдаваться без боя и по-прежнему являлись серьёзным противником. В ответ на римское контрнаступление семь германских вождей заключили между собой договор о совместных действиях. Во главе этой коалиции стал знаменитый Хонодомарий, гордившийся недавними своими победами над цезарем Деценцием и разграблением множества галльских городов.

Для участия в походе алеманны выставили 35 тысяч воинов. Эти силы переправились через Рейн и заняли позицию недалеко от Аргентората (Страсбурга). Юлиану они отправили послов с требованием освободить земли, которые они приобрели своей храбростью и силой оружия. Хонодомарий при этом ссылался на письмо Констанция II, дававшее алеманнам право занимать галльские земли.

Уверенность алеманнов подстёгивалась известием о поражении, которое недавно понёс Барбацион. Его армия попала в засаду противника, потеряла много людей, значительную часть обоза и запасы продовольствия. Воспользовавшись этим поражением как предлогом, Барбацион до срока увёл своих солдат на зимние квартиры. Юлиан оказался оставлен один против крупных сил противника. Через перебежчика из римского лагеря алеманны знали, что его армия насчитывает лишь 13 тысяч человек и полагали, что тот не примет боя.

Юлиан, в свою очередь, не мог упустить такой шанс дать врагу генеральное сражение. Его армия, совершив 30-километровый марш, внезапно предстала перед противником. Основу римского боевого строя составляли построившихся в центре четыре легиона. С каждого фланга к ним примыкали по два отборных отряда ауксилий. Вторая линия, состоявшая из одного легиона и четырёх ауксилий, образовывала резерв. Вся римская кавалерия была собрана на правом фланге с задачей нанести противнику решающий удар.

Битва при Аргенторате, построение противников

Германцы выстроились на поле боя глубокими клиньями. Их кавалерия, численно преобладавшая, стала против римской. Лёгкая пехота рассредоточилась на опушке леса на правом фланге.

В начале боя левое крыло римской армии атаковало скрывавшихся в лесу варваров и обратило их в бегство. Римская кавалерия сошлась с германскими всадниками, но, не выдержав атаки, смешала свои ряды и начала отступать. Оставшаяся без защиты пехота столкнулась с основными силами алеманнов. В центре боя разгорелась упорная рукопашная схватка, в которой римляне благодаря выучке и дисциплине имели преимущество над противником.

Последовательно вводя в бой резервы, Юлиан добился перелома в сражении. Римская пехота начала теснить врага. Боевой порыв варваров иссяк, они дрогнули и, наконец, обратились в бегство. В бою и в ходе преследования алеманны потеряли 6 тыс. человек убитыми и столько же пленными. В плен был захвачен и Хонодомарий, которого вскоре отослали к Констанцию в Медиолан. Римские потери составляли 243 солдата и 4 офицера.

Кампании 358–359 годов

Одержанная Юлианом победа убедила алеманнов, что мощь Рима все ещё не сломлена. Их отряды стали покидать земли Галлии. Стремясь навести на варваров ещё больший страх, Юлиан решил атаковать их в их собственных землях. Его армия достигла Могонциака и здесь по наведённому через Рейн мосту переправилась на правый берег. Опустошив прилегавшие территории, римляне вернулись на левый берег, после чего ушли на зимние квартиры.

По пути в Ремы магистр Север натолкнулся на отряд из 600 франков, которые явились грабить территорию провинции. Вместо того, чтобы с наступлением холодов вернуться домой с захваченной добычей, франки обосновались в покинутом римском укреплении на берегу Мозы, чтобы иметь возможность продолжать свои грабежи зимой. Они отказались сдаться по требованию римлян и держали оборону 54 дня, надеясь на помощь своих.

Чтобы осаждённые не сбежали, Юлиан приказал солдатам ежедневно ломать лёд вдоль берега. Соплеменники осаждённых действительно узнали об осаде и выступили на помощь, однако опоздали. Когда у франков закончилось продовольствие, они сложили оружие. Захваченных пленных Юлиан отослал на главную квартиру к императору.

В ходе летней кампании 358 года Юлиан вначале выступил против салических франков, занимавших территорию Токсандрии между Маасом и Шельдой. Застигнутые врасплох, франки вынуждены были принять мир на продиктованных им условиях. Затем Юлиан изгнал за Рейн хамавов, самовольно поселившихся на римской территории.

Остаток лета римская армия провела в землях алеманнов на правом берегу Рейна. Царь Суомарий согласился выразить цезарю свою покорность. Владения тех, кто отказывался подчиниться, подвергались разорению.

В 359 году Юлиан вновь переправил армию через Рейн. Алеманны уже не рисковали вступать в бой. С приближением римлян они обращались в бегство, оставляя на разграбление свои дома и урожай. К концу года большинство вождей подчинились Юлиану.

Гражданская война

За несколько проведённых в Галлии лет Юлиан сумел проявить себя храбрым воином и полководцем. Он также оказался умелым администратором, сумевшим добиться от назначенного Констанцием префекта претория Флорентина снижения налогов в галльских провинциях.

Солдаты, ближайшее окружение и провинциальная элита боготворили Юлиана, и вскоре эта растущая популярность начала вызывать опасения у Констанция. Победы, одержанные Юлианом в Галлии, служили ярким контрастом для его собственных неудач в борьбе против персов. Кроме того, Юлиан фактически вышел из-под контроля своего окружения и осуществлял самостоятельную политику.

Провозглашение Юлиана августом. Сбежавшиеся солдаты подняли его на щите, вместо диадемы на голову возложили цепь, взятую у знаменосца. Рисунок Раду Олтяну из испанского журнала Desperta ferro

Чтобы ослабить позиции Юлиана, зимой 360 года Констанций потребовал отправить на Восток часть галльской армии. Юлиан был вынужден подчиниться, но в феврале не желавшие отправляться в дальний путь солдаты взбунтовались и провозгласили его императором. Возможно, что мятеж был инициирован самим Юлианом, который имел все основания опасаться коварства Констанция, человека, погубившего всю его семью.

Юлиан возложил на себя предложенную ему диадему и написал Констанцию письмо, в котором сообщал о случившемся и соглашался признать его старшинство. Однако этот его шаг не возымел последствий. Весь год противники потратили на завершение своих дел и подготовку к решающему столкновению. Юлиан укреплял границу на Верхнем Рейне, а Констанций срочно замирился с персами. Летом 361 года войска от разных границ империи двинулись друг навстречу другу.

Изображение Юлиана Отступника на бронзовой монете, отчеканенной в Антиохии между 360 и 363 годами. В отличие от других представителей династии Константина, обычно гладко выбритых, Юлиан носил длинную бороду философа. Борода являлась предметом насмешек его недоброжелателей

Когда Юлиан достиг Наисса (Ниш) в Верхней Мёзии, туда пришло известие о внезапной кончине Констанция, последовавшей 3 ноября 361 года в Киликии. 11 декабря 361 года Юлиан вступил в Константинополь как единственный август и наследник Константина Великого. Тело Констанция было торжественно похоронено. Многие его сторонники были отстранены от власти.

Персидский поход и гибель Юлиана

Юлиан был страстным почитателем древних богов и ненавистником христианства. Взойдя на трон, он открыто вернулся к языческому вероисповеданию, за что получил прозвище Отступника. Он отменил законы против жертвоприношений, вновь открыл языческие храмы и вернул им прежде конфискованные земли. Впрочем, основной его заботой стала подготовка к большому походу против персов.

Уже осенью 362 года он отправился в Антиохию, где начала собираться армия. Основную роль в ней играли контингенты, переведённые с Запада. В конце марта 363 года Юлиан переправился через Евфрат и двинулся в южном направлении, к Вавилону. Поход начался успешно. Римляне пересекли Месопотамию и достигли берега Тигра. Продвигаясь на юг по его правому берегу, они взяли ряд персидских крепостей.

Затем Юлиану удалось переправиться через реку и в мае выйти к персидской столице Ктесифону. Хотя в состоявшемся здесь сражении персы были разбиты, римлянам не удалось взять город. Не дождавшись подхода отдельных отрядов, Юлиан устремился на восток в погоню за основными силами персов.

В римской армии очень скоро начала ощущаться нехватка припасов, поскольку персы уничтожали за собой продовольствие и фураж. При этом их лёгкие отряды беспрестанно тревожили маршевую колонну. Отдельные стычки порой перерастали в крупные столкновения.

26 июня 363 года Юлиан возглавил контратаку и был смертельно ранен случайным копьём в беспорядочной схватке у Маранги. На следующий день на рассвете он умер. После того как его преемник Иовиан заключил мир с персами, гроб с телом императора доставили в Тарс и похоронили со скромными почестями.

Литература:

Аммиан Марцеллин. Римская история / Пер. Ю. А. Кулаковского и А. И. Сонни под ред. Л. Ю. Лукомского. – СПб.: Алетейя, 1994.
Буданова В. П. Варварский мир эпохи Великого переселения народов. — М.: Наука, 2000.
Голдсуорти А. Во имя Рима. Люди, которые создали империю. — М., 2006.
Дельбрюк Г. История военного искусства в рамках политической истории: в 4 томах. Т. 2. — СПб.: Наука, 2001.
Неронова В. Д. Аммиан Марцеллин о варварах // Учёные записки Пермского государственного университета. — 1966, вып. 143. — С. 65–69.
Холмогоров В. И. Римская стратегия IV в. н. э. у Аммиана Марцеллина // Вестник древней истории. — 1939, № 3. — С. 87–97.

Автор Алексей Козленко

Германские войны: век Константина

govitya — Wed, 07 Mar 2018 18:51:03 GMT

Эпоха правления Диоклетиана ознаменовала собой завершение кризиса середины III века в Римской империи. Этот правитель положил конец непрестанным гражданским войнам, на протяжении почти полувека терзавшим державу. Благодаря победам, одержанным самим императором и его полководцами, были отражены нашествия варваров и восстановлены границы империи на всем их протяжении. Смогли ли преемники Диоклетиана сохранить и упрочить его наследство?

Тетрархия

1 марта 293 года Диоклетиан осуществил новое разделение власти. В этот день оба правящих императора – Диоклетиан в Сирмии в Паннонии (ныне – Сремска Митровица в Сербии) и Максимиан в Медиолане (Милане) на севере Италии – избрали себе младших соправителей с титулами цезарей. Диоклетиан назначил цезарем Гая Галерия, Максимиан – Констанция Хлора.

Римский чиновник высокого ранга, наблюдающий за травлей животных. Фрагмент мозаики конца III века с виллы в Пьяцца Армерина, Сицилия. Согласно одной из интерпретаций, вилла была построена для Максимиана Геркулия, и здесь мы видим его собственный портрет

Старшие императоры, носившие титулы августов, сохраняли за собой законодательную власть и право назначения высшей администрации. Цезари были им подчинены как младшие соправители, но при этом осуществляли самостоятельное командование, обладали собственным штабом и группировкой войск. В том, что касалось сбора налогов, финансирования, набора и снабжения войск, цезари находились в зависимости от назначенных августами префектов претория. Это позволяло создать эффективный контроль за передвижениями войск и уменьшить возможность узурпации власти со стороны высшего военного командования.

Одновременно между четырьмя правителями было заключено соглашение о территориальном разделении власти. Диоклетиан оставлял за собой Египет, Ближний Восток и Малую Азию, Максимиан Геркулий – Италию, Испанию и Африку. Под управление Галерия были передан Иллирик, Констанций Хлор получал Галлию и Германию. Эта система правления получила у историков название тетрархии, поскольку у власти одновременно находились четыре императора.

Констанций устроил свою резиденцию в Колонии Треверов (Трире), откуда мог легко контролировать германскую границу. Чтобы укрепить родственные связи между членами правящей династии, он развелся со своей первой женой Еленой и женился на дочери или племяннице Максимиана Феодоре. От этого брака родилось шесть детей, трое мальчиков и три девочки. Одновременно старший сын Констанция от первого брака, будущий император Константин, был послан служить на восток под командованием Галерия, фактически став заложником лояльного поведения своего отца.

Война против франков и кампания против Караузия и Аллекта

Первым большим самостоятельным предприятием Констанция в качестве цезаря стала новая попытка подчинения владений узурпатора Караузия на севере Галлии и в Британии. После долгой осады, завалив дамбой вход в гавань, он, наконец, взял Гезориак (Булонь). Находившиеся в Галлии военные части Караузия перешли на его сторону.

Продолжению кампании и немедленной высадке в Британии помешало новое вторжение франков на Нижнем Рейне. Заняв остров батавов, германцы продвинулись вплоть до устья Шельды. Два следующих года прошли в непрерывных сражениях. После того, как Германия и Белгика были вновь опустошены войной, Констанций отбросил нападающих за Рейн. Тысячи захваченных пленных франков, хамавов и фризов он расселил на разоренных ими землях галльских провинций. Они должны были обрабатывать землю в качестве зависимого населения, а в случае необходимости – поставлять рекрутов в римскую армию.

В конце лета 296 года Констанций предпринял давно готовившееся вторжение в Британию. Караузий к тому времени был уже убит своим помощником Аллектом, который занял его место. Для переправы на остров был построен большой флот. Максимиан прибыл в Могонциак, чтобы прикрыть границу на случай внезапного нападения германцев.

Памятный медальон, отчеканенный Констанцием Хлором в честь победы над Аллектом в Британии в 296 году. На аверсе коленопреклоненная фигура, символизирующая провинцию, приветствует в воротах города цезаря в виде всадника

Начало операции прошло успешно. Командовавший авангардом префект претория Юлий Асклепиодот благодаря туману успешно избежал встречи с кораблями противника и высадился в юго-восточной части острова. Высадка Констанция с основными силами сорвалась из-за начавшихся штормов. Корабли вернулись в свои порты. Воспользовавшись разобщенностью противника, Аллект со своими силами двинулся против Асклепиодота, но в решающем сражении, состоявшемся, возможно, где-то у современного Силчестера, он потерпел поражение и погиб. Его германские наемники отступили к Лондиниуму (Лондону), где все до одного были перебиты победителями.

Констанций прибыл в Лондиний, когда все уже было кончено. Панегирист сообщает, что жители провинции встречали его как своего избавителя. В честь этих побед Констанций выпустил серию памятных золотых медальонов. На одном из них цезаря приветствует Британия, изображенная в виде коленопреклоненной фигуры в воротах Лондиния.

Кампания против алеманнов

Пока Констанций находился в Британии, рейнская граница, прикрытая Максимианом, пребывала в относительном спокойствии. В скором времени, однако, война здесь вспыхнула вновь. Панегирик 310 года говорит о том, что по возвращению из Британии Констанцию пришлось сражаться на Рейне против франков. Однако эти сведения слишком кратки, чтобы предложить надежную датировку.

Напротив, сведения о кампании против алеманнов, имевшей место примерно в то же самое время, гораздо более многочисленны и живописны. Тот же панегирист сообщает о большой победе, одержанной Констанцием над алеманнами в области лингонов, несмотря на грозившую ему самому опасность, о полях вокруг Виндониссы, заваленных мертвыми телами врагов, о победах над многими тысячами германцев из разных племен, перешедших через замерзший Рейн.

Констанций I Хлор, Глиптотека, Копенгаген

Этому краткому сообщению соответствует и более развернутый рассказ Евтропия о кампании против алеманнов:

У лингонов в один и тот же день испытал он превратности судьбы. Ибо при внезапном набеге варваров столь быстро был вынужден бежать в город, что, поскольку ворота его уже были закрыты, пришлось втаскивать его на стену при помощи веревки. Но не прошло и пяти часов, как с подходом его войска он уничтожил около 60 тысяч алеманнов.

Хотя Евтропий не сообщает ни о сражении у Виндониссы, ни о победе над германцами, одержанной на берегу Рейна, нет причин сомневаться в их историчности, поскольку между 301 и 305 годами число победных аккламаций «Германский Величайший» в титуле Коснтанция возросло с двух до пяти.

Вторая тетрархия

1 мая 305 года Диоклетиан в Никомедии и Максимиан в Медиолане одновременно отреклись от власти. Управление империей перешло в руки получивших титулы августов Констанция и Галерия. Новыми цезарями стали Флавий Север на Западе империи и Максимин Дайя на Востоке. Оба они были креатурами Галерия, который таким образом намеревался усилить свои позиции в структуре тетрархии.

Родные дети правивших августов – сын Максимиана Максенций и сын Констанция Константин – оказались обойдены в пользу мало кому знакомых фигур. Вероятно, для обоих это стало неприятным сюрпризом, имевшим самые драматичные последствия. Константин, находившийся до этого времени при дворе Галерия фактически на положении заложника, бежал из-под опеки и присоединился к своему отцу в Галлии.

Здесь полным ходом шли приготовления к новому походу в Британию, границы которой стали подвергаться нападениям пиктов. Поход, начавшийся в том же году, был успешен, о чем свидетельствует провозглашение Констанция императором в январе 306 года. Успешному продолжению кампании помешала внезапная смерть Констанция, внезапно скончавшегося в Эбораке (Йорке) 15 июля 306 года Его преемником войска провозгласили присутствовавшего здесь же Константина.

Константин написал покаянное письмо Галерию, сообщая ему о случившемся и оправдывая собственные действия угрозой насилия со стороны солдат. Он был согласен принять любой титул, который тот захочет ему дать. Галерий вынужденно санкционировал фактическую узурпацию. Новым августом после смерти Констанция стал Север, а Константин получил при нем титул цезаря с отдаленной перспективой получить законным путем ту власть, которую он только что вырвал силой оружия.

Франкские воины IV – V веков

В качестве цезаря в 306 году он прибыл в Галлию, где в это время вновь началась война против франков. Подробности кампании 306 – 307 годов ускользают от нашего внимания. Автор панегирика Константину наградил франков эпитетом «вероломные», который объясняет суровость наказания, которому подверглись захваченные во время этой кампании пленные. По приказу Константина двое вождей франков – Аскарих и Мерогез – были брошены на растерзание львам.

В 308 году Константин перешел Рейн и сражался против бруктеров на правом берегу. В 309 году военных действий не велось, но для давления на франков Константин предпринял в Колонии (Кельне) строительство моста через Рейн.

И снова гражданские войны

Действия Константина создали опасный прецедент, которому вскоре последовал еще один обойденный наследник, Максенций. 28 октября 306 года он поднял восстание в Риме и провозгласил императором своего отца, Максимиана. Север отказался признавать его полномочия и двинул свои войска в Италию. У ворот Рима Максимиан переманил к себе большинство воинов Севера, большинство из которых некогда сражались под его собственным командованием. Север попытался бежать, но был захвачен в плен, привезен в Рим и вскоре казнен.

Летом 307 года Галерий сам вторгся в Италию, но здесь повторилась недавняя ситуация. Его собственные воины подняли мятеж и перешли к противнику. Опасаясь повторить судьбу Севера, с немногими оставшимися при нем войсками Галерий ушел назад в Паннонию. Максимиан поспешил заключить союз с Константином, выдав за него замуж свою дочь Фаусту.

Галерий, потерпев поражение, отказался признать Максимиана и Максенция. Вместо этого он обратился к Диоклетиану, уговаривая его вновь вернуться к власти, но столкнулся с категорическим отказом.

Весной 308 года Максенций изгнал своего отца из Рима. Тот уехал в Галлию к Константину, но не смог вынести жизни в отставке. В 310 году Максимиан попытался поднять мятеж против своего зятя, однако потерпел поражение и вынужден был покончить с собой. Его смерть осложнила и без того напряженные отношения Константина с Максенцием.

В мае 311 года умер Галерий, перед смертью назначивший августом своего старого товарища Лициния. Тот предложил Константину заключить союз против их общего врага Максенция. В феврале 312 года Константин вторгся в Италию с 40-тысячной армией, в которой решающую роль играли вспомогательные германские контингенты. 28 октября 312 года он одержал победу в сражении у Мульвидиева моста через Тибр. Максенций и множество его воинов погибли в бою.

Константин вступил в Рим и торжественно отпраздновал свою победу. Но в скором времени он вынужден был вернуться на Рейн, где вновь обострилась ситуация на границе.

Бесславная кончина Максенция при крушении моста через Тибр напоминала христианским сторонникам Константина гибель фараона и его войска в водах Красного моря и обыгрывалась впоследствии во множестве сюжетов

Пока Константин вел на Рейне войну против германцев, Лициний устранил цезаря Максимина Дайю. Тот, очевидно усмотрев угрозу для себя в его действиях, весной 313 года решил напасть первым, но не рассчитал сил, потерпел поражение и вскоре умер. Его владения достались победителю. Теперь бывшие союзники остались один на один.

Вначале они стремились договориться полюбовно, однако в октябре 316 года Константин сумел застать своего противника врасплох и вторгся в Паннонию с 25-тысячной армией. В битве у Цибал он одержал победу над армией Лициния, однако тот сохранил часть резервов, а потери Константина оказались слишком велики, чтобы он мог продолжить наступление. 1 марта 317 года противники заключили мир. Лициний передавал Константину балканские провинции, за исключением Фракии, но сохранял ядро своих владений на Востоке.

Новое столкновение между императорами произошло в 323 году. Оба собрали все имевшиеся у них силы для финальной схватки. У Константина было 120 тысяч пехоты и 10 тысяч кавалерии, армия Лициния была еще более многочисленна. 3 июля 324 года в сражении у Адрианополя Лициний потерпел поражение, а затем – еще одно в битве у Хрисополя, после которого сдался на милость победителя. После отречения ему было позволено поселиться в Фессалониках в качестве частного человека. Год спустя он был обвинен в покушении на захват власти и казнен.

Константин – единый правитель империи

Теперь Константин утвердился как единолично управлял огромной империей. К этому периоду относится ряд административных реформ, окончательно сформировавших бюрократический аппарат и упорядочивших практику взимания налогов.

Реформы были проведены и в армии, разделенной на пограничные войска, так называемые «limitanei» и походные армии стратегического резерва, «comitatenses». Для командования последними Константин ввел должность главнокомандующего – военного магистра. Первоначально существовало два магистра – один для конницы, один для пехоты. Впоследствии появились еще четыре региональных магистра, командовавших походными армиями в Галлии, Фракии, Иллирике и на Востоке.

Константин значительно увеличил количество германских солдат на римской службе, а также благосклонно отнесся к военачальникам германского происхождения. При его сыновьях большинство магистров, в особенности на Западе империи, были германцами. Благодаря восстановлению численности армии в приграничной зоне удавалось поддерживать стабильность отношений с германцами.

Голова колоссальной бронзовой статуи императора Константина, Капитолийский музей, Рим

Едва ли не самым грандиозным деянием Константина было создание новой столицы империи на месте древнего Византия. После 6 лет строительства 11 мая 330 года город был освящен под новым именем Константинополь. По образцу Рима здесь были построены дворцы и создан городской совет, называвшийся сенатом. В новой столице бесспорное преобладание получило христианство. Здесь было выстроено очень много церквей. Город украшался на деньги, полученные от конфискации сокровищ языческих храмов.

В 337 году осложнилась ситуация на границе с Персией. Константин готовился лично взять на себя командование и с этой целью выехал в Никомедию. В пути он тяжело заболел, и, чувствуя приближение смерти, приказал перевезти себя в Константинополь. Здесь он скончался 22 мая 337 года, приняв перед смертью крещение из рук епископа Константинополя Евсевия.

Германские войны: начало Домината

govitya — Wed, 07 Mar 2018 18:48:09 GMT

Император Диоклетиан стал спасителем Римской империи. Его 20-летнее правление, начавшееся в 284 году, оказалось отправной точкой новой эпохи. В эти годы были осуществлены важные реформы в военной, политической, экономической и социальной сферах, полностью видоизменившие римское общество. Начиная с правления Диоклетиана, Римская империя вступила в позднюю стадию своей истории, получившую название эпохи Домината.

Реформы Диоклетиана

Гай Аврелий Валерий Диоклетиан родился около 243 года в Далмации в семье простых крестьян, однако, несмотря на низкое происхождение, сделал блестящую военную карьеру. Около 282 года он был дуксом Мезии и отвечал за оборону дунайской границы. Когда после смерти Проба солдаты провозгласили новым императором бывшего префекта претория Марка Аврелия Кара, тот назначил Диоклетиана начальником придворной гвардии протекторов.

Скульптурное изображение, идентифицируемое как портрет Диоклетиана. Археологический музей, Стамбул

Диоклетиан сопровождал императора в персидском походе, а после загадочных смертей Кара и его сына Нумериана летом 284 года был провозглашён солдатами новым императором. Летом 285 года в сражении у Марга в Нижней Мезии его войска разбили армию правившего на Западе старшего сына Кара юного Карина. После этого Диоклетиан стал единоличным властителем Римской империи.

Ему досталось тяжёлое наследство. За время персидского похода Кара на всём протяжении рейнско-дунайской границы вновь активизировались варвары. Армия находилась в состоянии перманентного мятежа. Экономика империи пришла в упадок, денежная система была совершенно разрушена. Разорённые поборами крестьяне бросали своё хозяйство и собирались в отряды, терроризировавшие местное население. В особенности страдала от них Галлия, где шла настоящая война против разбойников-багаудов.

Многообразие и сложность проблем требовали разделения власти между несколькими правителями. Эта практика могла также служить методом против возможных узурпаций региональных командующих. 21 июля 285 года Диоклетиан назначил цезарем своего старого боевого товарища Марка Аврелия Валерия Максимиана, поручив ему руководство на галло-германском театре военных действий.

О происхождении и карьере Максимиана мало что известно. Он родился в Паннонии около 250 года. Его родители были простыми подёнщиками, а сам он был храбрым и способным офицером, пользовавшимся расположением солдат и полным доверием Диоклетиана.

Восстание багаудов

Когда Максимиан прибыл в Галлию, её сотрясало восстание багаудов. Этимология этого названия остаётся неизвестной. По одной версии, оно происходит от кельтского слова со значением «борьба». Согласно другой, багаудами называли шайки нищих бродяг и разбойников.

Десятилетия варварских вторжений, военной анархии, вымогательств и грабежей создали в Галлии взрывоопасную обстановку. Основными участниками движения багаудов были наиболее незащищённые слои населения: сельские жители, арендаторы и пастухи, к которым присоединились беглые рабы и бездомный люд. Они объединялись в большие отряды, которые сообща отбивались от сборщиков налогов, осуществляли грабежи на дорогах, нападали на виллы магнатов, захватывали и уничтожали частное имущество.

Сельская идиллия на римской мозаике III века. Музей Бардо, Тунис

Вождями багаудов были Элиан и Аманд, которые старались придать действиям отдельных отрядов упорядоченный характер и превратить их в настоящую армию. Римские историки, весьма негативно относившиеся к багаудам, утверждали, что Элиан провозгласил себя императором. Известны даже монеты с его изображением. Галльский ритор Клавдий Мамертин, современник и очевидец этих событий, в панегирике, адресованном Максимиану писал:

«То было время, когда напали земледельцы, не знающие воинского обычая, когда пахарь превратился в пехотинца, пастух — во всадника, когда поселянин опустошал свои посевы, подражая варвару».

Максимиан выступил против багаудов в конце лета 285 года. В его армию входили как отряды, приведённые с Востока, так и местные силы. В середине сентября он устроил смотр своих войск в Октодуруме (Мартиньи), первом галльском городе у спуска с Пеннинских Альп.

Багауды пытались оказать сопротивление, но безуспешно. Максимиан без труда одержал победу над ними в ряде мелких стычек, оттеснил и запер их отряды в укреплении на Марне. Его местоположение, согласно средневековой легенде, соответствует средневековому аббатству Сен-Мор-де-Фосс в излучине реки, немного ниже её слияния с Сеной. Осада цитадели багаудов затянулась, однако, когда у защитников закончилось продовольствие, она пала.

Все собравшиеся здесь люди были убиты. Аманд погиб в бою, Элиану удалось скрыться. Его дальнейшая судьба неизвестна. Максимиан приказал срыть крепость до основания, засыпать каналы и рвы, вырыть даже камни, на которых она была заложена, оставив на этом месте лишь груды развалин.

Кампания против германцев

Победа над багаудами не принесла Максимиану особой славы. Его панегирист Мамертин говорит:

«Я упоминаю об этом бегло, ибо вижу, что сообразно с твоим благочестием забвение этой победы ты предпочитаешь славе от неё».

Настоящие испытания ожидали Максимиана на рейнской границе, которой вновь угрожали германцы. Вероятно, столкновения на границе имели место ещё до того, как успела завершиться кампания против багаудов или в самом начале следующего года. Нападавшие действовали сразу двумя группами. Сам Максимиан выступил против герулов и хайбонов, его военачальникам пришлось иметь дело с алеманнами и бургундами.

Имя хайбонов более у римских авторов не встречается, а упомянутые здесь герулы действуют слишком далеко от обычных мест своего проживания. Скорее всего, под этими двумя названиями подразумеваются жившие на Нижнем Рейне франки. Сведения об этой кампании весьма кратки. Мамертин восхваляет императора за то, что тот укротил врага голодом и болезнями, блокировав его в разорённых им же районах и заставив вернуться обратно. Стычки с противником имели место, но до решающего сражения дело не дошло.

В целом, кампания складывалась для римлян удачно, так что Максимиан смог отрапортовать своему старшему коллеге об успехах. 1 апреля 286 года Диоклетиан предоставил ему титул августа, сделав его равным себе соправителем в западной части империи.

Рельеф с изображением римских воинов с какого-то монументального сооружения эпохи Диоклетиана. Ватиканский музей, Рим

Кампания против франков продолжилась в 286–287 годах, что обусловило необходимость пребывания Максимиана вблизи театра военных действий. Его резиденцией в это время стала Августа Треверов (Трир), где был воздвигнут грандиозный дворцовый комплекс, частично сохранившийся до наших дней.

Подробности военных операций в эти годы по-прежнему неизвестны. Мамертин сообщает о подчинившемся римлянам царе Гундобаде и о захвате ещё одного неназванного по имени царя «неукротимейшего племени», о разорении территорий за Рейном и о переселённых на земли Галлии пленных, но его рассказ лишён хронологических привязок. А сведения о появлении большого отряда германцев, скорее всего франков, близ императорской резиденции в Августе Треверов 1 января 287 года, в самый канун вступления Максимиана в должность консула, свидетельствуют о том, что итоги кампании в это время ещё не были определены.

Одержанная в этот день Максимианом победа, по-видимому, является второй из трёх, заявленных между 285 и 293 годах. Третья была одержана в 288 году, когда фронт римского наступления сместился далее к югу и опустошению подверглись земли Алеманнии «от моста через Рейн вплоть до Гунтиенской переправы через Данувий».

Максимиан Геркулий, Глиптотека, Копенгаген

Римское наступление в этом году достигло своего апогея. Против алеманнов одновременно действовали две группы войск. Максимиан переправился через Рейн у Могонциака и вёл свою армию на юг через долину Майна, где некогда проходила линия укреплений Германского лимеса. Ему навстречу, из Реции через верховья Дуная, вёл свои войска Диоклетиан. По итогам кампании Мамертин утверждал:

«Ныне всё, что находится за Рейном, принадлежит Риму».

В действительности результаты были гораздо более скромными. Речь шла не о возвращении утраченных территорий за Рейном, а лишь о демонстрации силы с целью устрашения потенциального противника.

Зимой после окончания кампании оба императора провели встречу в Медиолане, на которой обсуждались дальнейшие действия. Одним из самых острых среди обсуждаемых вопросов являлась узурпация Караузия.

Узурпация Караузия

Марк Аврелий Мавзей Караузий происходил из галльского племени менапиев. Он хорошо знал морское дело и в 285 году был назначен Максимианом командовать флотом, действовавшим против саксонских и фризских пиратов у побережья Северного моря. Караузий отлично справлялся с возложенными на него обязанностями, но до Максимиана стали доходить слухи о том, что командующий флотом присваивает себе часть отнятой у пиратов добычи. Он приказал отстранить Караузия от командования и отдать его под суд.

Избегая ареста, Караузий поднял на флоте мятеж и отплыл в Британию. Солдаты стоявших здесь II Августова и XX Победоносного Валериева легионов перешли на его сторону. К ним также присоединились некоторые из расквартированных в Германии и Белгике отрядов ХХХ Ульпия легиона, контролировавшие территорию в устье Рейна. Власть Караузия признал город Гезориак (Булонь), являвшийся важной базой Британского флота. К осени 286 года под его контролем находились Британия, большая часть северо-западной Галлии и всё морское побережье вплоть до устья Рейна.

Антониниан Караузия 286–293 годов. Стиль и символика Караузия, как и галльских императоров до него, целиком соответствовали римским формам

Опираясь на эти территории, Караузий провозгласил себя императором. Как и галльские императоры Постум и Викторин до него, он также чеканил монету с собственным изображением и титулом августа. Хотя до поры до времени он воздерживался от активных действий на континенте, однако для защиты своих владений Караузий строил прибрежные укрепления и привлекал к себе на службу наёмников из числа германцев.

Своими успехами Караузий отчасти был обязан продолжавшейся на Рейне кампании против франков и алеманнов. После того как ситуация здесь стабилизировалась, Максимиан получил возможность полностью сосредоточиться на войне против британского узурпатора.

План военной кампании, обсуждённый во время встречи Максимиана и Диоклетиана в Медиолане зимой 288–289 годов, предусматривал нападение на материковые владения Караузия, взятие Гезориака, переправу через Ла-Манш и последующую высадку в Британии. С этой целью в устье Сены был собран большой флот, состоявший из мобилизованных и вновь построенных кораблей. Важнейшие задачи в планируемой операции возлагались на плечи Флавия Валерия Констанция, способного офицера, выдвинувшегося во время германской кампании и в 288 году назначенного Максимианом префектом претория.

Римский корабль, мозаика из Пьяцца Армерина

Из-за вмешательства непогоды наступление провалилось. Шторм на море разметал собранные для переправы корабли, а мощные укрепления Гезориака отразили все предпринятые нападавшими попытки приступа. В итоге с Караузием был заключён мир, фактически признававший его положение в качестве самостоятельного правителя.

Граница и стратегия

По словам Зосима, Диоклетиан более чем какой-либо другой правитель заботился об укреплении границ Римской империи и окружал их городами, крепостями и наблюдательными башнями, снабженными сильными гарнизонами. Автор панегирика воздает ему хвалу за восстановление лагерей по берегам «Рейна, Истра и Евфрата».

Как свидетельствует автор жизнеописания августов, восстановительные работы на лимесе были начаты уже в правление Проба. Эти данные подтверждаются находкой посвящения из Аугсбурга, воздающего тому хвалу как «восстановителю провинций и общественных сооружений». Масштаб этих работ неизвестен.

Напротив, многочисленные археологические находки, которые происходят из зоны лимеса – монеты и различного рода посвящения – указывают на эпоху Диоклетиана и его ближайших преемников. Надпись из Эшенца у истоков Рейна на берегу Боденского озера, где находился римский лагерь Тасгеций, позволяет датировать его строительство временем между 293 и 305 годами. Ещё одна обнаруженная поблизости от первой надпись позволяет датировать тем же временем строительство форта в Витудуруме (Обервинтертур).

С оккупацией алеманнами Десятинных полей территории на правом берегу Рейна оказались потеряны для Рима, и новая линия границы прошла непосредственно по берегу реки. Начинаясь от Аргентората (Страсбурга) она шла на юг до Базилия (Базель), затем вслед за течением Рейна поворачивала на восток мимо озер Констанца и Боденского. От Бригантия (Брегенца) до Камбодунума (Кемптена) граница проходила по открытой местности, после вновь поворачивала на север и по правому берегу Иллера поднималась до его впадения в Дунай у Гунтии (Гюнцбург).

Римский лимес Дунай – Иллер – Рейн

Для усиления защиты линия вдоль всей линии границы была выстроена цепь наблюдательных башен, как правило расположенных в пределах видимости одна от другой. Позади башен проходила дорога, ещё далее в глубину территории располагались кастеллы: Базилия (Базель), Августа Раурика (Кайзераугст), Тенедо (Бад-Цурцах), Констанция (Констанц), Арбор Феликс (Арбон), Бриганций (Брегенц) и Целия Монс (Келльмюнц-на-Иллере). Некоторые из них, например Августа Раурика и Тенедо, были перестроены из ранее существовавших укреплений, остальные были возведены заново.

Новые укрепления, как правило, возводились на холмах с хорошим круговым обзором, занимая удобную стратегическую позицию по отношению к окружающей местности и близлежащим путям сообщений. Некоторые кастеллы – Арбор Феликс (Арбон) Ад Финес (Пфюн) – имеют в плане форму многоугольника, другие – Бриганций (Брегенц), Тасгеций (Эшенц), Эска (Шаан) – форму квадрата с четырьмя угловыми башнями, так называемого квадрибургия. Эта форма хорошо известна археологам по современным им оборонительным постройкам в Северной Африке и на Ближнем Востоке, также датируемым правлением Диоклетиана.

Стратегия

Форма и размеры укреплений отражают произошедшие изменения в пограничной стратегии. Укрепления III–IV веков становятся меньше и компактнее, иногда занимая только часть площади более ранних фортификаций Уменьшившийся периметр стен было значительно легче защищать силами небольших гарнизонов. Конструкция новых укреплений явно свидетельствует о том, что они были рассчитаны на долговременную оборону. Их стены строились выше и толще чем раньше, усиливались дополнительными угловыми и промежуточными башнями, которые являются характерной чертой позднеримских укреплений. Многие из них предназначались для размещения метательных машин.

Сама оборона стала выстраиваться несколькими эшелонами в глубину. На первых подступах к границе находились наблюдательные башни, с которых осуществлялось наблюдение за перемещением противника в приграничной зоне. Позади них располагались линии кастелл с гарнизонами пограничной стражи. Города, находившиеся в приграничной зоне, также обзаводились стенами. Небольшие отряды располагались вдоль дорог, рек, на подступах к городам. Крупные силы мобильного резерва находились в глубине территории провинций и были готовы по первому сигналу выступить к тому участку границы, которому грозила опасность.

Римский квадрибургий Каср Башир, укрепления которого датируются 293–305 годами. Иордания

Подобная система позволяла армии эффективно отражать небольшие вторжения и сдерживать крупные силы противника на границе. Укрепления в приграничной зоне предоставляли убежище и сельскому населению, свозившему продовольствие и другие припасы под защиту их стен. Противнику приходилось либо рассредоточиться по местности в поисках припасов — и тогда небольшие мобильные подразделения, действовавшие на его линиях коммуникации, могли бы без труда отловить и уничтожить его небольшие отряды, либо осаждать хорошо укреплённые стены, теряя инициативу и время, необходимое римлянам для подхода мобильных резервов.

Если противник начинал отступать, его преследовали вышедшие из-за стен пограничные гарнизоны. Если противник продолжал осаждать пограничные укрепления или продвигался в глубину провинциальной территории, ему навстречу выступала формируемая из наличных резервов полевая армия. Она стремилась или вытеснить вторгнувшегося противника обратно к границе, или навязать ему встречное сражение, в котором у римлян был больший шанс одержать победу даже над превосходящими их по численности силами.

Германские войны: Проб — восстановитель мира

govitya — Wed, 07 Mar 2018 18:44:32 GMT

Правление Аврелиана являлось переломным на пути возрождения из кризиса. Его преемник Проб сумел воспользоваться большинством достигнутых им результатов, но и самому ему пришлось столкнуться с теми же вызовами. Границы империи по-прежнему осаждали многочисленные враги, военные угрожали мятежами, экономика была разрушена, население провинций страдало от голода.

Преемники Аврелиана

После убийства Аврелиана осенью 275 года римский сенат назначил императором 74-летнего Марка Клавдия Тацита. Его правление было скоротечным, в июне 276 года он умер. Армия провозгласила новым императором его сводного брата, Марка Анния Флориана, однако солдаты, стоявшие в Сирии и Египте, подняли мятеж и предложили власть своему командующему, Марку Аврелию Пробу.

Как и его непосредственные предшественники, Проб имел иллирийское происхождение, прошёл все ступени военной карьеры и пользовался широкой известностью в армии. В 271–272 годах он сражался против пальмирцев под командованием Аврелиана, затем командовал пограничными силами в Сирии, Финикии и Палестине.

Армии Флориана и Проба встретились у Тарса в Киликии. Уступая противнику в численности, Проб избегал решающего сражения. В конце августа стояла страшная жара, к которой солдаты Флориана, большей частью иллирийцы с дунайской границы, были непривычны. Узнав о начавшихся в лагере противника волнениях, Проб начал посылать туда своих людей и подбивать их на мятеж. Вскоре восставшие солдаты убили собственного командующего, и объединённая армия провозгласила Проба императором.

Проб. Мраморный бюст, Капитолийский музей в Риме

Чтобы упрочить своё положение, Проб немедленно отправился в Италию. По пути ему пришлось сражаться с готами на Дунае, и в честь одержанной над ними победы император принял торжественный титул «Готский». Получив признание сената в Риме, в 277 году Проб отбыл в Галлию.

Германское вторжение 276 года

На протяжении почти полутора десятилетий между 260 и 274 годами правители Галльской империи Постум, Викторин и Тетрик сдерживали натиск германцев на Рейне. После того как в 274 году Аврелиан прекратил существование сепаратного галльского государстваи вернул отколовшиеся провинции под контроль Рима, в регионе произошли значительные изменения.

Не сдерживаемые более ни страхом перед римским оружием, ни договорами, в 275–276 годах франки и алеманны возобновили свои набеги. Их последствия носили столь же катастрофический характер, как и вторжения 259–260 годов. Источники говорят, что германцы в Галлии захватили и разграбили 60 или 70 городов, взяли большую добычу и множество пленных. На Нижнем Рейне были разрушены крупнейшие города, включая столицу провинции Колонию Ульпия Траяна (Ксантен), лагерь ХХХ Ульпия легиона в Ветере, а также пограничные укрепления вдоль берега реки.

Археологические раскопки выявляют повсеместные следы пожаров и разрушений, в руинах гражданских поселений находят незахоронённые человеческие останки, обломки оружия и другие следы борьбы и насильственной гибели их обитателей. Область разрушений широко простирается от Нижнего Рейна до берегов Сены. Долгосрочными последствиями вторжения стали катастрофическое уменьшение следов римского присутствия на территории между устьем Рейна, Маасом и Шельдой и, напротив, существенное увеличение признаков присутствия германского населения.

Археологические раскопки лагеря Гельдубы (Крефельд-Геллеп) позволили обнаружить следы германских вторжений 259–260 и 276 годов. 1. Лагерь Гельдуба; 2. Гражданское поселение (vicus); 3. Северный посёлок; 4. Деревня убиев. Во время раскопок территории северо-западнее лагеря (9) археологи обнаружили множество человеческих и лошадиных останков, а также остатки оружия и военного снаряжения. При раскопках митреума (8) в подвальном помещении дома были также обнаружены останки 13 человек. Вероятно, здесь разыгралось конное сражение, в котором франкам (6) удалось уничтожить целый римский отряд (5), скорее всего, часть cohors Varcianorum equitata, составлявшей гарнизон лагеря. После этого франки сожгли постройки у стен лагеря, но внутри укреплений прорваться так и не смогли. В конечном итоге подошедшие на помощь римские резервы (7) смогли прогнать захватчиков. Римляне смогли предать мёртвых погребению в общих могилах, некоторых по прошествии значительного срока после их смерти (9). Монетные находки позволяют датировать эти события 259–260 годами. Вторжение 276 года также оставило следы. На этот раз франкам удалось ворваться в лагерь и разрушить его укрепления. Внутри городских стен обнаружены следы произошедшего здесь сражения. Разрушенный лагерь был перестроен после 288 года

Отличительной чертой вторжений с этого времени стало постоянное участие в них племён из глубины Германии. На протяжении III века здесь весьма активно шёл процесс перегруппировки сил, выталкивавший к римским границам всё новые племенные группы. Римские авторы едва успевали записывать их новые названия.

По Зосиму, в нападении на Рецию в 278 году наряду с алеманнами принимали участие лонгионы, под которыми он, скорее всего, подразумевал лугиев, встречавшихся в более ранних римских текстах. В представлениях римских авторов I–II веков это имя принадлежало не какому-либо конкретному племени, но являлось обозначением всех германцев, обитавших в областях между Одером и Вислой, в том числе бургундов и вандалов. Под давлением готов и гепидов, «разорявших бургундов почти до полного истребления», те оказались вынуждены покинуть свои первоначальные места расселения на Среднем Одере и начать продвижение в юго-западном направлении.

Сокровища из Нойпотца состоят из 1062 предметов общим весом 700 кг. Включают серебряные (10 кг), бронзовые (203 кг) и железные (513 кг) изделия, посуду, предметы утвари и украшения провинциально-римского производства II–III веков. Они представляют собой военную добычу, взятую германцами во время набегов на Галлию, а затем спрятанную на берегу Рейна или принесённую в жертву местному божеству. Найденные в составе клада 39 антонинианов Проба позволяют датировать находку 277–278 годами

Последующая судьба бургундов оказалась связана с группой западно-германских племён. С вандалами римляне за несколько лет до того уже сталкивались в Паннонии. Какая-то из групп вандалов, продвигаясь к западу, достигла Реции и здесь приняла участие в нападении на римскую территорию.

Проб побеждает германцев

Хронология германской кампании Проба с трудом поддаётся восстановлению. Нет свидетельств о численности римской армии, её составе, маршрутах передвижений. Флавий Вописк называет войско Проба, с которым он явился в Галлию, «огромным». Зонара и Зосим говорят о проблемах снабжения и о голоде, поразившем армию.

Как бы то ни было, численность армии позволила римлянам действовать против варваров широким фронтом. В то время как военачальники Проба сражались с франками на Нижнем Рейне, сам он выступил против зарейнских германцев, включая алеманнов и их союзников. «Он дал столько битв, – рассказывает Флавий Вописк, – и с таким успехом, что отобрал у варваров шестьдесят знаменитейших городов… перебил около четырёхсот тысяч, которые заняли римскую землю, а остальных оттеснил за реки Нигр (Nigrum) и Альбу (Albis)». Если Нигр – это Неккар (Nicer), а Альба – не Эльба, как её обычно понимают, а Mons Albis, т.е. горы Швабские Альпы, то боевые действия могут быть локализованы на территории Десятинных полей, которые Проб стремился вновь вернуть под римский контроль.

Не довольствуясь лишь одержанными над противником победами, Проб предпринял определённые усилия, чтобы обеспечить безопасность границы в будущем. По его приказу на правом берегу Рейна был построен ряд крепостей, в которых разместили постоянные гарнизоны и устроили склады продовольствия.

«Война там не прекращалась, ему ежедневно приносили головы варваров, и за каждую он давал по золотому до тех пор, пока девять царьков разных племён не пришли к Пробу и не пали к его ногам. Он, прежде всего, потребовал от них заложников, которые немедленно были даны, затем хлеба, наконец, коров и овец. Говорят, что он решительно запретил им пользоваться мечами; если бы пришлось от кого-нибудь обороняться, то они должны были ожидать защиты от римлян… Кроме того, он взял у них 16 000 молодых воинов и распределил их всех по разным провинциям, добавляя к воинским подразделениям или к пограничным воинам по 50 или 60 человек. Он говорил, что помощь римлянам со стороны варварских вспомогательных отрядов должна быть ощутимой, но невидимой».

Антониниан Проба с легендой VICTORIA GERM[ANICA] и изображением победного трофея

В честь побед, одержанных в Германии, в 278 году Проб принял торжественный титул «Германский Величайший». Вслед за тем он предпринял кампанию против опустошавших Рецию бургундов и вандалов. Здесь римляне также добились значительных успехов. Зосим сообщает ряд деталей сражения с бургундами, состоявшегося на реке Лике (Лех):

«Когда войска вышли на противоположную сторону реки, римляне вызвали варваров с этого берега на бой, возбуждая их насмешками до тех пор, пока большинство из них не переправилось [через реку]. Когда войска встали друг против друга, некоторые из варваров были убиты [в бою], другие взяты в плен. Множество смертей вело дело к миру, внушая римлянам надежду, что варвары сдадутся со всем имуществом. Однако, хотя им было гарантировано выполнение их условий, из германцев не сдался никто. Император пришёл в ярость и примерно покарал врагов, напав на них при их отступлении. Многие были убиты, в том числе и их вождь Игилл. Другие были взяты в плен. Все пленные были отправлены через пролив в Британию, где они оказались очень полезны для императора при подавлении последующих мятежей…»

По словам Флавия Вописка,

«Проб покинул Рецию усмирённой настолько, что не оставил там даже подозрения на какое-либо основание для страха».

Об одержанных Пробом в Реции победах свидетельствует найденное в 1947 году посвящение из Аугсбурга, в котором Проб именуется «восстановителем провинции и общественных работ». Надпись составлена по инициативе оставшегося неизвестным наместника провинции и датируется 281 годом.

Коленопреклонённый германец. Бронзовая статуэтка II века, Национальная библиотека, Париж

Восточный поход

Кампания в Германии и Реции завершилась к концу 278 года. Уже в начале следующего года, зимой, Проб смог перебраться на Дунай. В Паннонии он предпринял успешную экспедицию против сарматов и их союзников, причём так, что «без войны отобрал всё ими награбленное». Затем он отправился во Фракию и «частью подчинил, частью принял в дружественный союз все гетские народы, устрашённые молвой о его подвигах». Бастарнов он принял на римской территории и расселил во Фракии, чтобы они обрабатывали опустошённые эпидемиями и войной земли.

Наведя порядок на дунайской границе, Проб отправился в Малую Азию, где исавры, жившие в горах, стали спускаться на равнины и грабить земледельческие районы Писидии и Киликии. Проб одержал над ними победу, осадил и взял твердыню разбойников Кремну. Для защиты местности от разбойничьих набегов он построил в труднодоступных местах множество небольших крепостей, а прилегавшую к ним местность заселил ветеранами.

В начале 280 года Проб отправился в Египет, границы которого опустошали кочевники блеммии. Прежде чем император сам прибыл к фронту военных действий, его военачальники освободили захваченные блеммиями города Коптос и Птолемаида и отбросили кочевников в пустыню. Проб восстановил в провинции порядок, а его воины осуществили масштабную реконструкцию пришедших в небрежение дамб и каналов.

В это время Проб, по-видимому, вынашивал планы похода против персов. Мир, который через послов предлагал ему заключить царь Бахрам II, он отверг, а кроме того отправил обратно все дары, которые привезли послы. Впрочем, его планам не суждено было сбыться из-за грозных вестей, пришедших с Запада.

Проб и Непобедимое Солнце, медальон 280 года

Галльские узурпаторы Прокул и Боноз

Пока Проб находился на Востоке, на Западе появились сразу несколько узурпаторов. Первым был Прокул, бывший военный и крупный землевладелец, который провозгласил себя императором в Лугдуне и вооружил две тысячи принадлежавших ему рабов. О причинах, толкнувших его на восстание, у нас нет достоверной информации. Флавий Вописк в «Истории Августов» пишет, что на это безумное дело его подбила жена, «женщина с мужским характером». Другая версия событий описывает провозглашение Прокула императором как далеко зашедшую пьяную выходку.

Прокул располагал какими-то военными силами, а его избрание, по словам Вописка,

«принесло некоторую пользу галлам, так как он не без славы и блеска уничтожил алеманнов, которые тогда ещё назывались германцами, причём он всё время вёл войну с ними разбойничьим способом».

Примерно в то же время поднял восстание дукс ретийской границы Боноз. Он был сыном учителя грамматики из Испании. После смерти отца Боноз поступил на военную службу сначала солдатом, затем младшим командиром, и благодаря мужеству и доблести сделал хорошую карьеру вплоть до высших её ступеней. Флавий Вописк сообщает, что причиной, толкнувшей Боноза на узурпацию, стала потеря нескольких кораблей на Рейне, которые были сожжены германцами:

«Опасаясь наказания, Боноз взял на себя императорскую власть и удерживал её дольше, чем он этого заслуживал».

Несмотря на свою неудачу с кораблями, Боноз был прекрасным солдатом, и победа над ним была одержана ценой большого кровопролития в сражении у Колонии Агриппины (Кёльна). Потерпев поражение и уяснив безвыходность своего положения, Боноз покончил с собой. Проб пощадил его жену Гунилу, принадлежавшую к знатной готской фамилии, а также двух их сыновей.

Антониниан Боноза, 280 год. Из-за редкости эти монеты представляют большую ценность

Прокул, также потерпевший поражение, отступил на Нижний Рейн и обратился за помощью к жившим здесь франкам. Хотя узурпатор уверял их в близком родстве (род его якобы происходил от франков), те самые люди, на помощь которых он надеялся, выдали его Пробу. По приказу императора Прокул был обезглавлен.

Триумф и гибель

За несколько лет правления Пробу удалось стабилизировать ситуацию в приграничье империи. Варвары были отброшены на всех фронтах, узурпации прекратились. В некоторой запальчивости император написал сенату, что через несколько лет государство и вовсе не будет нуждаться в воинах. Письмо Проба, которое при этом цитирует Флавий Вописк, может содержать, впрочем, его подлинные слова:

«…весь круг земель не будет изготовлять оружия, не будет поставлять продовольствия, быков будут держать для плуга, кони будут рождаться для мира, не будет никаких войн, не будет плена, повсюду мир, повсюду римские законы, повсюду наши судьи».

Монеты Проба также отражают пропаганду мира. Акцент в надписях делается на наступлении желанной эпохи спокойствия (FELICIA TEMPORA), согласии в войсках (лат. CONCORDIA MILITUM). Сам император провозглашается восстановителем мира (RESTITVTOR ORBIS).

Чтобы отпраздновать свой успех, в 281 году Проб во второй раз посетил Рим. Его вступление в город ознаменовалось триумфальной процессией по случаю одержанных побед. Празднества сопровождались пышными представлениями, в которых принимали участие захваченные пленники и экзотические животные. Кроме того, Проб довёл до конца начатое ещё Аврелианом строительство оборонительных стен вокруг города.

Император недолго оставался в Риме, поскольку собирался вернуться к планам похода против персов. В начале октября 282 года он прибыл в столицу Паннонии Сирмий. Пока собиравшиеся здесь войска готовились к выступлению, Проб использовал солдат на земляных работах. Солдаты, однако, по-видимому, сильно тяготились этими занятиями. Его приказ выкопать огромный ров для осушения какого-то болота внезапно вызвал взрыв их недовольства. Проб попытался найти убежище в находившейся неподалёку наблюдательной башне, но был застигнут мятежниками и убит.

По другой версии событий, восстание против Проба подняли войска из Реции и Норика. Во главе восставших, возможно, против собственной воли, стал префект претория Марк Аврелий Кар. Войска, посланные для подавления мятежа, перешли на его сторону. Тогда оставшиеся с Пробом солдаты убили своего императора и последовали за ними.

Германские войны: восстановление империи

govitya — Wed, 07 Mar 2018 18:40:04 GMT

После того, как летом 270 года от чумы умер Клавдий II Готский, императором стал его младший товарищ Луций Домиций Аврелиан. Он открывает череду энергичных правителей, способствовавших возрождению Римской империи. За неполные пять лет правления ему удалось укрепить оборону границ, разгромить терзавших их набегами варваров и положить конец существованию отколовшихся Галльского и Пальмирского царств.

Биография

Аврелиан родился 9 сентября 214 года в Паннонии. Его отец был простым арендатором, мать – жрицей в местном храме. В ранней юности Аврелиан поступил на военную службу и здесь вскоре добился успеха. За высокий рост, телесную силу и строгость, доходящую до жестокости, солдаты прозвали его «Рубака» (manu ad ferrum). При Галлиене он служил в элитном корпусе кавалерии, в 268 году принимал участие в заговоре и убийстве императора.

Предполагаемый портрет Аврелиана. Национальный музей Рима

Клавдий II, высоко ценивший таланты Аврелиана, назначил его начальником конницы. В этой должности он принимал участие в кампаниях против алеманнов и готов в 269 – 270 годах. После смерти Клавдия II в сентябре 270 года дунайская армия единодушно провозгласила Аврелиана императором. Брат Клавдия Квинтилл, стоявший во главе расквартированных в Италии войск, также попытался заявить свои права на престол. Однако солдаты отказались за ним следовать, и всего через 17 дней после начала правления Квинтилл покончил с собой или был убит. Поздней осенью 270 года Аврелиан отправился в Италию и в Равенне встретился с выехавшей ему навстречу делегацией сенаторов.

Война с вандалами

Отъезд Аврелиана из Паннонии спровоцировал вторжение варваров на территорию провинции. Зосим говорит о том, что это были «скифы», т.е. готы, Дексипп и Петр Патрикий – вандалы, автор «Истории Августов» – свевы и сарматы. Получив известие о вторжении варваров, переправившихся через Дунай между Аквинком (Будапешт) и Бригеционом (Комаром), Аврелиан почел за лучшее ускорить отъезд к войскам. В начале следующего, 271 года, он уже находился в Сисции (Сисак), или, по крайней мере, где-то в Паннонии, где 1 января принял на себя обязанности консула.

К тому моменту варвары уже опустошали территорию провинции. Зимнее время оказалось неподходящим для похода, привезенные с собой припасы быстро истощились, и варвары начали страдать от голода. Чтобы усилить их лишения, Аврелиан приказал опустошить территорию провинции, укрыв продовольствие, население, скот и все ценное в городах. Эта стратегия принесла свои плоды, варвары начали отступать назад к Дунаю. На его берегу произошла битва, исход которой оказался неопределенным. Но варвары, вероятно, посчитали свое дело проигранным. Под покровом ночной темноты они переправились через реку и уже с другого берега обратились к императору с предложением мира.

Дексипп вовсе не упоминает о сражении, а вместо этого пишет о переговорах, по результатам которых Аврелиан согласился отпустить вандалов за Дунай и даже предоставить им продовольствие на обратный путь при условии, что те предоставят в качестве заложников детей царей и высшей знати, а кроме того выставят 2000 всадников для службы в римской армии. По пути назад в нарушение только что заключенного договора от основных сил вандалов отделился отряд в 500 всадников, который начал грабить римскую территорию. Римляне перебили весь отряд до последнего человека, а его предводителя, виновного в попустительстве своим воинам, вандалы убили на глазах у римских послов. После этого варвары беспрепятственно вернулись в свои земли за Дунаем.

Вандалы второй половины II – первой половины III веков, современная реконструкция. Музей археологии, Краков

Война с алеманнами

Все еще находясь в Паннонии, весной того же года Аврелиан получил известие о новой угрозе. Алеманны и их соседи ютунги, а также маркоманны, как и двумя годами ранее, вновь перешли Дунай, разорили Рецию и собирались вторгнуться в Италию. Ситуация была серьезной, численность нападавших оценивалась в 40 000 всадников и вдвое большее число пехоты.

Стремясь не допустить вторжения, Аврелиан отправил вперед большую часть армии, а затем отправился в путь и сам, сопровождаемый преторианской гвардией и вспомогательными отрядами. По-видимому, римляне двигались слишком медленно, и варвары успели перейти Альпы прежде, чем их успели перехватить в пути. Возможно, на этот раз они воспользовались Шплюгенским проходом. К тому моменту, когда Аврелиан со своими силами прибыл в Медиолан (Милан), было уже поздно.

Автор его жизнеописания Флавий Вописк пишет:

«При Аврелиане было и поражение от маркоманнов, вследствие того, что была допущена ошибка: в то время как он не позаботился напасть с фронта на внезапно прорвавшихся врагов и когда он готовился преследовать их с тылу, все окрестности Медиолана подверглись жестокому опустошению».

Разведка сообщала, что алеманны стоят у Плаценции (Пьяченца), осаждая сам город. Аврелиан направил им письмо, в котором приказывал им сложить оружие и обещал сохранить им жизнь. Однако те ответили, что они свободные люди и если Аврелиан хочет бросить им вызов, то они выйдут навстречу к нему и покажут ему, как сражаются свободные люди. В сражении у Плаценции Аврелиан потерпел поражение. Как сообщает Флавий Вописк,

«Его причиной было коварное и хитрое движение варваров. Не будучи в состоянии вступить в открытый бой, они скрылись в очень густых лесах и, таким образом, с наступление вечера привели наших в замешательство».

Кампания Аврелиана против алеманнов и ютунгов в 271 году

Последствия поражения по-разному оцениваются разными источниками. В то время как Флавий Вописк сильно преувеличивает его значение, утверждая, что после этого поражения «Римская империя едва не распалась», Аврелий Виктор вообще ничего не сообщает о каком-либо поражении, а битву при Плаценции включает в перечень других побед этой кампании.

Определенно ясно лишь то, что Аврелиан не смог, как он рассчитывал, предотвратить вторжение варваров в Италию. Их отряды устремились по Эмилиевой дороге в центральную часть полуострова. В Риме начали распространяться чудовищные слухи. Жители, как говорит Флавий Вописк, боялись повторения того, что случилось при Галлиене, а сенат принял решение обратиться к Сивиллиным книгам, что делалось лишь в минуты крайней опасности.

С другой стороны, в распоряжении императора все еще оставались значительные силы, с которыми он устремился в погоню за противником. Имея преследователей за плечами, варвары не могли тратить время на осаду городов. Мелкие отряды, разбредавшиеся в стороны в поисках продовольствия и припасов, легко перехватывались римской кавалерией и уничтожались.

Продолжая наступление, варвары вскоре угодили в ловушку между Апеннинскими горами с одной стороны и морским побережьем с другой, в местности, где можно было получить лишь ограниченное количество продовольствия. На реке Метавре у святилища Фортуны (Фано) состоялось сражение. Варвары разделились надвое и потерпели здесь поражение. Их предводители обратились к Аврелиану с предложением переговоров, описание которых сохранилось в дошедшем до нас в переложении поздних авторов фрагменте Дексиппа:

«По прибытии посланников Аврелиан дал им знать, что он на следующий день займется предметом, по которому они приехали. Затем он выстроил войско в боевой порядок, желая этим сделать сильное впечатление на ютунгов. Когда он доволен был стройностью войска, то, облеченный в порфиру, взошел на высокий помост и построил войско кругом себя полумесяцем. Тут предстояли верхом на конях все те, которые имели при императоре какое-либо начальство. За ним были знамена собранного войска. Это золотые орлы, изображения императорские и списки полков, начертанные золотыми буквами. Все эти знаки были высоко подняты на высеребренных древках копий. При таком церемониале император велел призвать ютунгов».

В речи, обращенной к императору, послы указывали ему, что в недавнем сражении победа была одержана римлянами скорее благодаря удаче, чем воинскому искусству, и ютунги по-прежнему сохранили свою силу и численность. Впрочем, они признавали, что нарушение прежнего договора с их стороны было ошибкой и молили о прощении. Если император согласится позволить им вернуться домой, сохранит за ними прежние денежные выплаты и снабдит продовольствием на обратный путь, они, ютунги, соглашались впредь неукоснительно придерживаться условий мирного соглашения.

Варварский пленник умоляет римского офицера о пощаде. Фрагмент рельефа саркофага из Лудовизи, сер. III в. Национальный музей Рима

Аврелиан в ответной речи отказался удовлетворить их просьбы. Дексипп пишет:

«Отчаявшись в заключении мира, послы удалились к своим».

Подробностей сражения, состоявшегося неподалеку, на Тицинских полях близ Падуи, мы не знаем, но известно, что римляне одержали в нем победу. О ней свидетельствуют надписи «Аврелиан непобедимый» и «Вечные победы», которые были обнаружены в окрестностях Пизавра (Песаро), на болотистых берегах реки Метавр, где и произошло само сражение. Немногословный в данном случае Зосим, подводя итоги кампании, ограничивается сообщением, что Аврелиан вступил с варварами бой и убил много тысяч врагов из их числа.

Аврелиан в Риме

В конце 271 года Аврелиан вернулся в Рим, где в это время вспыхнуло восстание работников императорских монетных мастерских. Во время вооруженных столкновений на улицах города погибло около 7 тысяч солдат и огромное количество рабочих.

Флавий Вописк свидетельствует о жестких действиях Аврелиана по установлению порядка:

«Во всех остальных отношениях человек превосходный здесь он грубо проявил свою власть: казнив зачинщиков мятежа, он произвел кровавое усмирение там, где можно было воздействовать более мягкими мерами».

Среди казненных по сомнительным обвинениям лиц было немало богачей и даже отдельные сенаторы. С ураганом, обрушившимся на город, сравнивал подавление мятежа столетием позже Аммиан Марцеллин. С другой стороны, добиваясь расположения бедноты, Аврелиан произвел щедрые раздачи продовольствия, помимо хлеба включив в обычный паек масло и свинину.

Кроме того, Аврелиан решил укрепить столицу империи для защиты от варварских вторжений. В 271 – 275 годах по его приказу вокруг Рима была возведена стена длиной 18,8 км, толщиной в 3,5 м и высотой 6 м. На расстоянии 30 метров друг от друга над стеной были возведены башни, число которых достигало 381. В город вели 18 ворот, проходившие через них дороги соединяли его с другими частями Италии. Стена охватывала территорию семи холмов, Марсово поле и правобережье Тибра, пространство общей площадью 13,7 км², на котором проживало от 700 000 до 1 млн. человек.

Ворота Сан-Себастьяно Аврелиановой стены в Риме. Полукруглые башни над первоначальной прямоугольной структурой были надстроены в начале V века

Укрепления превратили Рим в сильнейшую крепость, способную выдержать осаду любой армии. Работы, начатые Аврелианом, были завершены лишь при последующих императорах. В дальнейшем укрепления многократно ремонтировались и надстраивались.

Восстановление империи

Укрепив безопасность столицы, Аврелиан в конце лета 271 года выступил к Дунаю, где в это время хозяйничали готы. В нескольких пограничных сражениях они были разбиты и оттеснены в Дакию. Здесь потерпел поражение готский князь Каннабауда вместе с пятью тысячами своих воинов, а император принял почетное прозвище «Готского».

Опустошенная непрерывными вторжениями варваров, Дакия представляла собой разоренные земли, где римляне все еще продолжали удерживать отдельные укрепленные пункты. В конце 271 года Аврелиан принял решение эвакуировать уцелевшее гражданское население и оставить провинцию. Чтобы скрыть ее оставление, на правом берегу Дуная, между Верхней и Нижней Мезией были созданы две новые провинции, сохранившие имя римской Дакии: Прибрежная Дакия с центрами в Рациарии и Внутренняя Дакия со столицей в Сердике.

Уладив дела на Дунае, Аврелиан отправился на Восток империи, где большинство провинций в 268 – 270 годах было захвачено правителями Пальмиры. Царица Зенобия фактически создала здесь собственное автономное государство, не подчинявшееся римской администрации. Оно обладало сильной, хорошо подготовленной армией, основу которой составляли части сирийских и египетских легионов, отряды лучников и тяжелой конницы.

В 272 году Аврелиан без боя занял Малую Азию, дважды разбил пальмирские войска (при Иммах близ Антиохии и при Эмесе) и, наконец, осадил саму Пальмиру. Город сдался, царица Зенобия была уведена в плен. В 273 году, когда Аврелиан сражался с карпами на Балканах, пальмирцы вновь подняли восстание. На этот раз город был взят штурмом и разрушен, а его жители проданы в рабство.

Последним в списке побед Аврелиана стало присоединение Галльского государства. Его правитель Тетрик, опасаясь мятежа своих подданных, перешел на сторону императора, войска мятежников были разбиты. Галлия вновь стала частью Римской империи.

Антониниан Аврелиана, 275 год

В течение всего нескольких лет Аврелиану удалось одержать потрясающие успехи и восстановить единство империи. Свою победу в 274 году он отметил торжественным триумфом в Риме. Заполонившая все улицы толпа увидела Зенобию и Тетрика, обоих закованных в золотые цепи. Трофеев и повозок было так много, что процессия достигла Капитолия лишь вечером. Здесь Аврелиана, ехавшего на роскошной колеснице, собравшийся в полном составе сенат приветствовал титулом «Восстановителя мира».

Чтобы дополнить свой список побед еще и победой над персами, в 275 году Аврелиан начал готовиться к походу на Восток. По дороге на Византий секретарь императора Мнестей, обвиненный в денежной растрате и опасавшийся наказания, подделав почерк императора, убедил нескольких офицеров, что их имена внесены в списки осужденных на смерть. Он предложил им не дожидаться неминуемой гибели, а нанести удар первыми, расправившись с императором. В конце сентября 275 года Аврелиан пал от кинжалов заговорщиков в окрестностях Перинфа.

Германские войны: возвращение Галлии

govitya — Wed, 07 Mar 2018 18:36:50 GMT

Галльская сепаратная империя возникла вследствие ослабления способности центрального правительства императора Галлиена осуществлять оборону одновременно на различных участках границы. Благодаря талантам её правителя Постума, который смог отражать нападения германцев и одновременно согласовывать интересы военных и гражданского населения провинций, его власть сохранялась на протяжении почти 8 лет. Однако гибель Постума от рук мятежников в 269 году поставила ребром вопрос о судьбе созданного им государства.

Смерть Галлиена

Летом или в начале осени 268 г. офицеры из числа ближайшего окружения императора Галлиена составили против него заговор. Императора выманили из палатки ложным известием о вылазке неприятеля и среди начавшейся неразберихи убили. Новость о его смерти вскоре достигла Рима. Здесь императора так ненавидели, что толпа немедленно растерзала его брата Лициния Валериана, консула 265 года, вдову Салонину и юного сына Мариниана. Сенат провозгласил покойного тираном.

Выбор преемника вновь был сделан армией, а точнее – группой иллирийских офицеров, игравшей в ней первые роли. Многие из них были вовлечены в заговор или, по крайней мере, знали о его существовании. Императором был провозглашён Марк Аврелий Клавдий, на тот момент исполнявший должность трибуна гвардейского отряда. Он родился 10 мая 213 года в Далмации, и, так же как большинство иллирийских военачальников того времени, имел простое происхождение и начинал военную службу с самых низких чинов. Благодаря личному мужеству, недюжинной физической силе и сноровке ему удалось подняться вверх по служебной лестнице. Можно предположить, что в 259 году Клавдий принимал участие в походе Галлиена против узурпатора Ингенуя, а в 265 году под командованием Авреола сражался против галльского императора Постума. «Он имел высокий рост, – пишет Требеллий Поллион, – огненный взгляд, широкое и полное лицо и настолько крепкие пальцы, что одним ударом кулака выбивал зубы у лошадей и мулов».

Для заговорщиков Клавдий являлся компромиссной, устраивавшей всех фигурой. Поэтому как только Галлиен умер, он со своим отрядом прибыл из Тицина в лагерь у Медиолана, раздал солдатам деньги, и был провозглашён императором. Клавдий милостиво отнёсся к сторонникам Галлиена, а самому покойному императору воздал скромные почести. Среди солдат была пущена легенда о том, что Галлиен, умирая, якобы сам назвал имя Клавдия в качестве своего преемника. От заговорщиков он дистанцировался, имена большинства из них более не встречаются в источниках. Клавдий также завершил войну с Авреолом, который сдался в плен и был принуждён покончить с собой.

Позолоченный бюст римского императора III века из Брешии, который считается изображением Клавдия II Готского

Клавдий II Готский

Заняв престол, Клавдий обнаружил, что перед ним стоит множество проблем, требующих немедленного решения. В Галлии продолжал править Постум, на Востоке расширяли своё господство пальмирцы, варвары свободно пересекали границы и грабили провинции империи. Хронология последующих событий не вполне ясна. Некоторые источники указывают, что в начале своего правления Клавдий предпринял кампанию против алеманнов в Северной Италии и Реции, а затем отправился воевать на Балканы против готов. В других утверждается, что Клавдий предпринял две кампании на Балканах, а с алеманнами сражался где-то в перерыве между ними.

Правдоподобной выглядит версия, согласно которой сначала Клавдий отправился на Балканы, где в 268 году готы были разбиты Галлиеном при Несте, но не уничтожены. Здесь по-прежнему находилась большая часть армии, во главе которой был оставлен Марциан, одержавший какие-то успехи. В 269 году Клавдий перехватил отступавшие к Дунаю отряды готов у Наисса в Мезии и одержал здесь наиболее известную свою победу. Римляне перебили и взяли в плен тысячи готов, а также захватили обоз с огромной добычей. В письме дуксу Иллирика, которое цитирует Требеллий Поллион, Клавдий пишет:

«Мы уничтожили триста двадцать тысяч готов, потопили две тысячи их судов. Реки покрыты их щитами, все берега завалены палашами и короткими копьями. Не видно полей, скрытых под их костями, нет проезжего пути, покинут огромный обоз. Мы захватили в плен такое количество женщин, что каждый воин может взять себе по две и три женщины…»

Монетное изображение Клавдия II Готского

В результате этой победы Клавдий получил титул «Готский», под которым он и вошёл в историю. С этого момента началось изгнание готов за пределы империи, завершившееся уже при преемнике Клавдия. В Риме этот успех был отмечен выпуском монет с легендой «Готские победы» (VICTORIAE GOTHICAE)

Победа Клавдия II над алеманнами

Алеманны после 260 года, как кажется, сохраняли мир с Римом, который был подкреплён женитьбой Галлиена на дочери их короля. Однако смерть Галлиена в 268 году, должно быть, освободила их от соответствующих обязательств, к тому же из-за мятежа Авреола гарнизон Реции вновь был ослаблен. Легко преодолев выставленные против них заслоны, алеманны в 269 или 270 году вновь вторглись на территорию провинции, а затем перешли через Бреннерский перевал и появились в северной Италии в окрестностях Гардского озера.

Здесь на варваров напал внезапно вернувшийся с Балкан Клавдий. Он нанёс им такое поражение, что едва ли половина от первоначального их числа смогла отступить домой на север. В результате одержанной победы император принял титул «Германский Величайший». Павел Диакон называет цифру в триста тысяч погибших воинов. Однако она взята из донесений, отправленных из ставки императора после победы над готами, и в обоих случаях не имеет отношения к подлинному числу понесённых варварами потерь.

Летом 270 года Клавдий вновь вернулся на Дунай. Продолжение кампании против готов в Мезии он поручил Аврелиану, а сам отправился в Паннонию, откуда поступали тревожные известия. Жившие за Дунаем ютунги, не довольствуясь более получением римской субсидии, угрожали в Реции и Норику, а вандалы готовились вторгнуться в Паннонию. Кроме того, среди римских войск вспыхнула эпидемия чумы. Прежде чем Клавдий, прибывший в столицу провинции Сирмий (Сремска Митровица), успел предпринять какие-либо действия, он сам стал одной из жертв этой болезни.

Римляне сражаются с варварами, погребальная стела легионера I Вспомогательного легиона из Аквинка, конец II–начало III века. Археологический музей, Будапешт

Смерть Постума, Марий и Викторин

Пока Клавдий воевал с готами на Дунае и алеманнами в Северной Италии, в Галлии также было неспокойно. В начале весны 269 года от рук взбунтовавшихся солдат погиб Постум. Причиной его смерти был отказ отдать на разграбление воинам Могонциак. Зачинщиком мятежа являлся Марк Аврелий Марий, человек самого низкого происхождения, бывший кузнец в легионе. Солдаты провозгласили его императором, после чего Марий отдал им Могонциак на разграбление.

Его правление было краткосрочным. Требеллий Поллион говорит о нём следующее: «В первый день он стал императором, в следующий день правил, а на третий был убит». В действительности Марий продержался у власти несколько дольше, возможно, несколько месяцев, поскольку сохранились отчеканенные им в течении этого времени монеты со своим профилем и легендой «Военная верность» (FIDES MILITUM) и «Победа августа» (VICTORIA AVG). О какой победе идёт речь – неясно, возможно, ему удалось отразить локальный набег германцев, которые после смерти Постума вновь пришли в волнение, а может быть, Марий просто следовал в русле пропаганды своего предшественника.

В конце своего недолгого правления он был убит каким-то воином, который работал в его кузнице и к которому Марий в это время выказывал пренебрежение. Существует легенда, что он пал от меча, который сам же и выковал.

Антониниан Мария с легендой CONCORDIA MILITVM

Уже в августе 269 г. новым галльским императором был признан Марк Пиавоний Викторин. Источники весьма туманно говорят о его происхождении, однако уже в наши дни при раскопках Августы Треверов (Трира) археологами был найден богатый дом с мозаиками, принадлежавший его семье. Выложенная мозаикой надпись сообщает о восстановительных работах, проведённых в доме Викторином. Таким образом, по праву рождения он принадлежал к высшей знати провинции Белгики.

В юности Викторин служил в далматской кавалерии под командованием Авреола и никак не выказывал своего отношения к происходившим в Галлии событиям. Однако во время кампании против Постума в 265 году он с частью войск перешёл на сторону сепаратистов. Постум принял его с распростёртыми объятиями, предоставил ему должность трибуна преторианской гвардии, затем сделал его префектом претория и, наконец, дважды консулом.

Викторин отличался личной храбростью и большой опытностью в военном деле, которая обеспечила ему поддержку солдат. По-видимому, при Постуме он осуществлял командование над войсками, размещавшимися на правом берегу Рейна, и восстанавливал разрушенные германцами укрепления. Здесь был найден милевой столб, подписанный его именем, который датируется 2-й половиной 260-х годов. Должно быть, Викторину приходилось также вести переговоры с германцами и набирать среди них вспомогательные отряды. Во время очередной кампании против Галлиена Викторин принял на себя командование значительной частью его войск. Требеллий Поллион пишет, что Постум даже сделал его своим соправителем, однако дополнительных свидетельств этих слов обнаружено не было.

Изображение Марса в виде римского военачальника или военачальника в виде бога Марса содействовало укреплению представлений о божественном покровительстве власти императоров, что было особенно важно в эпоху узурпаций, при нехватке других оснований правления

Правление Викторина

Смерть Постума застала Викторина далеко от места основных событий и только после смерти Мария летом 269 года он был провозглашен галлами императором. О каком-либо конфликте или столкновении между ним и Марием источники не упоминают, однако переход власти из одних рук в другие не был мирным. Именно в это время правитель Галльской империи утратил контроль над рядом территорий, прежде всего Испанией, где находят надписи в честь Клавдия II и отчеканенные им монеты. Реция ещё раньше, по-видимому уже после предпринятой Галлиеном кампании, также вышла из-под галльского контроля.

Примечательно отсутствие в легионной монетной чеканке Викторина упоминания о VIII Августа легионе, стоявшем в Аргенторате (Страсбурге). При этом этот легион ещё раньше фигурирует в монетной чеканке Галлиена, что свидетельствует о том, что или в последние годы правления Постума, или в период междуцарствия он перешёл на сторону центрального римского правительства. Власть Викторина также не распространялась на Нарбонскую Галлию, где, согласно надписи, обнаруженной в Гренобле и датируемой 269 годом, находился Юлий Плацидиан, префект вигилов Клавдия II, который командовал находившимися здесь кавалерийскими отрядами и вексилляциями (vexillationes atque equites).

Как и его предшественник, Викторин правил, опираясь на поддержку рейнской армии. Монетный чекан Викторина содержит номера и эмблемы четырнадцати легионов. Помимо трёх германских легионов в полном составе, остальные, скорее всего, представляли собой вексилляции, в разное время оказавшиеся на подконтрольной галльским императорам территории. Вспомогательные отряды германцев также продолжали служить в его армии в значительном числе.

«Лагеря, построенные в варварской земле за семь лет правления Постума, разграбленные и сожжённые во время внезапного вторжения германцев после убийства Постума, он привёл в порядок»,

— пишет Требеллий Поллион о Лоллиане, но в действительности, конечно, имеется в виду Викторин, который правил в это время. Его поддержка галльскими провинциями была основана на их страхе перед угрозой германских набегов. Монеты, которые чеканил Викторин, должны были представить его спасителем гражданского населения Галлии от военной анархии. На монетах он изображался поднимающим коленопреклонённую Галлию, на заднем плане было представлено Счастье с рогом изобилия. Монетная легенда гласила «Восстановитель Галлии общественными обетами / Радость общества» (RESTITUTOR GALLIARUM VOTIS PUBLICIS / GAUDIA PUBLICA). Кроме того, Викторин чеканил монеты с легендами «Августов мир» (PAX AVG) и «Счастливое столетие» (SAECVLI FELICITAC).

Деятельный и инициативный, Викторин в качестве правителя нашёл самую высокую оценку даже у своих врагов. Поллион Требеллий писал:

«Я думаю, что никого нельзя поставить выше Викторина, который правил Галлией после Постума, ни Траяна в смысле доблести, ни Антонина в смысле милосердия, ни Нерву в смысле почтенности, ни Веспасиана в смысле управления государственным казначейством, ни Пертинакса или Севера в смысле строгости всей жизни и военной выдержки»

Главным пороком Викторина была страсть к замужним женщинам. Источники сообщают, что он успел разрушить немало браков, а все хорошие качества его натуры «были погублены развратом и страстью к наслаждению с женщинами, которую вначале он сдерживал». Обольстив как-то жену актуария Аттициана, в 271 году он пал жертвой мести её мужа.

Монетное изображение Викторина

Тетрик

После смерти Викторина его мать Виктория раздала воинам деньги и заставила их провозгласить императором знатного сенатора галльского происхождения Гая Пия Езувия Тетрика. В это время он исполнял обязанности презида Аквитании, в столице которой Бурдигале послы вручили ему известие о провозглашении его императором. Как можно понять из его монетного чекана, Тетрик не торопился выехать в столицу и до конца 271 года оставался в Бурдигале. По дороге в Августу Треверов (Трир) он предпринял небольшую кампанию против вторгнувшихся из-за Рейна франков. Весной следующего года ему снова пришлось иметь дело с германцами. После победы над ними 1 января 273 года он объявил цезарем своего сына Тетрика II.

Новый правитель был деятельным администратором, его надписи встречаются в Лугдунской Галлии, Аквитании, на западе Нарбонской провинции, а также в Британии. Напротив, в Белгике и обеих Германиях они отсутствуют, что, возможно, свидетельствует о непопулярности здесь правителя, который по своему происхождению не принадлежал, как его предшественники, к военной среде.

Монетное изображение Тетрика

Античные авторы утверждают, что Тетрику после ряда удачных действий пришлось пережить множество солдатских бунтов, покушений и других несчастий. В начале 274 года восстание против него поднял наместник провинции Белгика Фаустин. Опасаясь за собственную жизнь, Тетрик тайно связался с императором Аврелианом, умоляя его о защите и обещая сдаться, как только тот появится в Галлии. Свое письмо он заключил цитатой из Энеиды:

«Избавь меня от этих напастей, непобедимый!»

В марте 274 года Аврелиан прибыл в Галлию со своим войском. Обе армии встретились недалеко от современного города Шалон на Марне. Перед началом сражения Тетрик с сыном, как было ранее условлено, перешли к Аврелиану. Оставшись без своего императора, галльские войска всё же вступили в бой и сражались упорно, чем были обусловлены высокие потери среди победителей. В ознаменование возвращения Галлии в состав империи Аврелиан устроил торжественный триумф, в котором среди пленных провёл также и Тетрика с сыном. Тот был одет в «алую хламиду, жёлто-зелёную тунику, галльские брюки». После триумфа император предоставил ему полное прощение и позволил поселиться в Италии. Впоследствии Тетрик даже занимал должность корректора Лукании. Время его смерти неизвестно.

Германские войны: Галльская сепаратная империя

govitya — Wed, 07 Mar 2018 18:33:37 GMT

В правление Галлиена Римская империя оказалась на пике кризиса середины III века, когда нападения врагов на её границы совпали по времени с многочисленными узурпациями и военными мятежами. Центральная власть не смогла обеспечить порядок и безопасность западных провинций. Парадоксальным образом эти задачи удалось выполнить узурпировавшему власть на Западе военачальнику Постуму, создавшему на отколовшихся землях недолговечную Галльскую империю.

Пленение Валериана Старшего

Событием, спровоцировавшим цепь последующих узурпаций, послужило поражение императора Валериана, отца и старшего соправителя Галлиена. Весной или в начале лета 260 года он был разбит персами в сражении у Эдессы в Месопотамии, а затем, неосторожно доверившись им во время переговоров, попал в плен. Здесь он и провёл последние годы своей жизни. Дата смерти Валериана, как и её обстоятельства, остаётся неизвестной. Примечательно, что Галлиен не предпринимал попыток его освобождения.

Шах Шапур захватывает в плен императора Валериана, камея середины III века из Кабинета Медалей, Париж

Воспользовавшись этим несчастьем как сигналом, военачальники провинциальных армий, назначенные на свои должности старым императором, один за другим отказывались признавать власть Галлиена. Одним из первых поднял восстание наместник Верхней Паннонии Регалиан, которого вскоре поддержали войска в Дакии и на Нижнем Дунае. Вовлечённый в борьбу с германцами в Галлии и северной Италии, Галлиен не мог немедленно выступить против узурпатора.

К его счастью, Регалиан вскоре погиб в сражении со вторгнувшимися в это время в Паннонию сарматами. Смерть эта, однако, не разрешила сложную ситуацию, сложившуюся в среде стоявших на Дунае войск. Когда весной 261 года на Дунае объявился двигавшийся с востока очередной узурпатор Макриан, он нашёл здесь множество вооружённых сторонников, примкнувших к нему в надежде устранить ненавистного Галлиена. Впрочем, лояльный императору полководец Марк Элий Авреол сумел одержать над мятежниками победу в сражении у Сердики (София), сам новый узурпатор при этом был убит.

Узурпация Постума

Однако наибольшую угрозу для Галлиена несло восстание, которое поднял в Галлии и Германии Марк Кассиан Латиний Постум. О его происхождении мало что известно. Требеллий Поллион пишет о нём следующее:

«это был муж в высшей степени храбрый на войне, в высшей степени твёрдый в мирное время, во всех случаях жизни серьёзный».

По рождению он был галлом или романизированным германцем, сделавшим блестящую военную карьеру. В 259 году Галлиен назначил его командиром галльских военных частей, наместником Нижней Германии, или дуксом, под командование которого была отдана и граница на Нижнем Рейне.

Кроме того, Постум должен был опекать младшего сына императора Салонина, которого отец назначил цезарем и оставил вместо себя в Германии. Судьба брата, Валериана Младшего, побудила Галлиена опасаться военных командиров, слишком популярных среди своих солдат. Потому, чтобы уравновесить влияние Постума, рядом с ним при Салонине был оставлен также префект претория Сильван. Оба военачальника должны были присматривать друг за другом, и вполне естественно, что между ними началось соперничество за власть.

После отъезда Галлиена граница по Рейну оказалась прорвана, вглубь галльских провинций хлынули орды алеманнов и франков. Сея вокруг себя ужас, варвары смогли прорваться в южную часть страны, а оттуда ушли в Испанию. На какое-то время римская оборона оказалась полностью дезорганизована. По стране бродили банды мародёров, которые отваживались нападать даже на укреплённые города. Население деревень или сельских вилл истреблялось или спасалось бегством.

Со временем, однако, римскому командованию удалось взять ситуацию под контроль. В районы, подвергаемые опустошению, были посланы вспомогательные отряды, усилены были и войска, нёсшие пограничную стражу на Рейне. Они перехватывали возвращавшихся из похода германцев и отбирали их добычу. Большую часть трофеев солдаты при попустительстве командующего оставляли себе.

Это и спровоцировало конфликт между Постумом и Сильваном, который потребовал внести эти суммы в императорскую казну. Солдаты, не желавшие расставаться с добычей, летом 260 года подняли мятеж и провозгласили Постума императором. Действовали ли они самостоятельно или по подстрекательству своего командира, остаётся неизвестным.

Вделанный в медальон золотой ауреус Постума

Мятеж быстро разгорелся, к нему примкнули гарнизоны, оставленные на Нижнем Рейне. Колония Агриппина (современный Кёльн), в которой находилась штаб-квартира Салонина, была осаждена. Солдаты гарнизона вначале храбро сопротивлялись, отбивая одну атаку за другой. Но когда осаждавшие перекрыли им пути подвоза припасов, не дождавшиеся помощи защитники города капитулировали. Сильван и Салонин были убиты по приказу Постума, что, по словам его биографа, «совершенно не соответствовало его нравам».

Галльская империя

Осенью 260 года власть Постума признали галльские провинции, обе Германии и Реция, о чём свидетельствует надпись на алтаре Виктории из Аугсбурга (речь о ней будет идти ниже). Несколько позже к числу поддержавших его территорий присоединились также Британия и Испания. В этих провинциях прекратился выпуск монет Галлиена, вместо которых чеканились монеты с изображением Постума. Британию Постум посетил лично в 260–261 годах в рамках целого комплекса мероприятий по укреплению прибрежных областей и устьев рек и их защиты от нападений пиратов с моря.

Таким образом, под власть Постума перешло большинство провинций западной части Римской империи. На протяжении почти полутора десятилетий здесь фактически существовало самостоятельное государство, которое современные историки вслед за Евтропием (Eutr., IX, 1) называют Галльской империей.

Правда, в отличие от своих ранних предшественников Юлия Тутора и Юлия Сабина, поднявших галльское восстание в 69 году, Постум, как кажется, видел своё государство частью Римской империи. Поначалу он явно оставлял первенство за Галлиеном и не посягал ни на его власть, ни на Италию. Поздний источник даже рассказывает апокрифическую историю о личной встрече обоих правителей, во время которой Постум уверял Галлиена в том, что единственной его целью является безопасность провинций.

Государственное устройство Галльской империи полностью соответствовало римскому образцу. Постум принял титул императора и провозгласил себя Августом. Он ежегодно избирался консулом, пользовался трибунскими полномочиями и являлся верховным понтификом. На монетах его изображали в лавровом венке или с лучевой короной на голове.

В своей столице Колонии Агриппины или, возможно, в Августе Треверов (Трир) Постум собрал сенат, в который входили видные представители галльской аристократии. Он завёл пышный двор, набрал гвардию телохранителей. Император издавал законы, назначал управлявших провинциями должностных лиц, чеканил собственную золотую монету, более высокой пробы, нежели современные ей золотые ауреи Галлиена. Монетные легенды включали почётные прозвища Восстановителя Галлии (Restitutor Galliarum) и Спасения провинций (Salus Provinciarum). В ознаменование побед, одержанных над германцами, Постум удостоился титула Германский Величайший (Germanicus Maximus).

Центром владений Постума и основной ресурсной базой его правления являлась Галлия. Он пользовался широкой поддержкой всех слоёв населения провинций. «Любовь к Постуму в душах всех галльских народов, – писал Требеллий Поллион, – была огромной, так как он, прогнав все германские племена, возвратил Римской империи прежнюю безопасность».

Карта Галльской империи и территории распространения кладов с монетами Постума 261–268 годов

Основу армии Постума составляла рейнская военная группировка, которая по-прежнему включала четыре легиона: ХХХ-й Ульпия из Ветеры (Кстантен), I-й Минервы из Бонна, XXII-й Первородный из Могонциака (Майнц) и VIII-й Августа из Аргентората (Страсбург). Кроме того, на территории провинции в разное время оказались легионы и отдельные вексилляции, переброшенные сюда из соседних провинций. Их состав может быть восстановлен исходя из монетного чекана, поскольку преемники Постума выпускали монеты, предназначенные для раздачи воинам поддерживавших их отрядов. Здесь фигурируют VII-й Сдвоенный легион из Испании, IV-й Флавиев из Верхней Мезии, V-й Македонский и XIII-й Сдвоенный из Дакии, XIV-й Сдвоенный из Верхней Паннонии, ХХ-й Валерия Победоносный и II-й Августа из Британии, II-й Траяна из Египта, III-й Галльский из Финикии, Х-й Стремительный из Палестины.

При этом все эти легионы продолжали находиться в местах исходной дислокации, а некоторые из них даже оказались отмечены на монетах, которые после 263 года чеканил Галлиен в честь поддерживавших его частей армии. Поэтому обоснованным выглядит предположение, что в надписях на монетах Галльской империи речь идёт о легионных вексилляциях, в разное время попавших на территорию западных провинций и таким образом оказавшихся в распоряжении Постума.

Кроме того, по словам историков, Постум получил в распоряжение много вспомогательных отрядов от галлов. И даже захваченных в плен германцев он или принимал на службу в свою армию, или расселял на разорённых ими галльских землях. Согласно Аврелию Виктору, прежде чем стать императором, Постум командовал размещёнными в Галлии отрядами варваров.

Большое значение в его монетной чеканке принадлежит Геркулесу, которого Постум считал своим небесным покровителем. Одно из наиболее часто встречающихся эпитетов Геркулеса – Магусанус (Magusanus) – происходит от Магусы, поселения батавов на берегу Мозеля. Монета с легендой Hercules Deusoniensis должна была закрепить его связь с франками, областью жительства которых на Нижнем Рейне являлся Девсон.

В условиях непрекращающихся узурпаций в различных частях империи Галлиен создал в Северной Италии походную армию, в которой важная роль принадлежала мобильным кавалерийским отрядам. Римские всадники на привале, мозаика конца III века из Пьяцца Армерина, Сицилия

Ещё на одной монете Постума изображён император рядом с коленопреклонённым варварским пленником. Легенда «Благочестивое милосердие Постума Августа» (Indulgentia pia Postumi Aug(usti)), по-видимому, указывает на использование взятых в плен варваров в качестве солдат или земледельцев. До него то же значение имела «Милость» (Clementia) на монетах Марка Аврелия, и в том же смысле в одном из галльских панегириков говорится о «милости» к пленным императора Констанция.

На службу германцев в качестве наёмников в армии Постума также указывают находки кладов с отчеканенными им золотыми монетами в верховьях Эльбы и в бассейне Заале.

Военная политика Постума

Опираясь на эти силы, Постум успешно отразил нашествие германцев на Галлию и Рецию и даже перенёс военные действия на правый берег Рейна, где ремонтировал старые укрепления и возводил новые. В 1992 году в Аугсбурге (Августа Винделиков) был обнаружен большой алтарь с посвятительной надписью богине Победе, текст которой проливает свет на подробности военных операций этого периода:

«Священной богине Виктории по случаю истребления варваров племени семнонов или ютунгов в 8-й и 7-й день до майских календ, обращённых в бегство воинами провинций Реции и Германии (militibus prov(inciae) / Raetiae sed et Germanicianis), а также местными жителями (itemque popularibus), освобождения многих тысяч италийских пленников в исполнение обетов, Марк Симплиций Гениалис, превосходнейший муж (v(ir) p(erfectissimus)), действующий вместо презида (a(gens) v(ices) p(raesidis)) со своей армией, по доброй воле воздвиг этот алтарь, освящённый за 3 дня до сентябрьских ид, когда император и господин наш Постум Август и Гонорациан были консулами».

Алтарь победы 261 года в Римском музее Аугсбурга

Победа, о которой идёт речь в надписи, была одержана над ютунгами президом Реции Марком Симплицием Гениалисом 24 и 25 апреля 261 года. Сама надпись была выполнена 11 сентября того же года. Имя командующего, равно как и имена консулов, были сколоты, поскольку после реставрации римской власти на территории Реции Постум и другие правители Галльской империи были объявлены тиранами.

Хронологическая разница между указанными в тексте датами весьма важна для понимания хронологии событий. Хотя сама победа была одержана, когда единственным признанным императором являлся Галлиен, возведение монумента датируется временем, когда императором был уже провозглашён Постум. Таким образом, узурпацию власти Постумом на основании этого документа можно датировать летом-осенью 261 года.

Примечателен также состав сил, с которыми была одержана эта победа: воины провинции Реции и Германии, а также местные ополченцы, возможно, из числа отставных ветеранов. Значимым выглядит отсутствие упоминания III-го Италийского легиона, который в это время, должно быть, более не размещался в своём лагере в Кастра Регине (Регенсбург). По другим источникам это сражение остаётся совершенно не известным.

Война с Галлиеном

Как было сказано выше, Постум не посягал на Италию, а у Галлиена в течение длительного времени руки были связаны необходимостью вести войну против варваров и многочисленных узурпаторов на Балканском полуострове, в Сирии и Египте. Лишь в 265 году давно откладывавшаяся военная кампания началась. Продвигаясь из Медиолана (Милан) в северной Италии, Галлиен успешно перевёл свою армию через Альпы и нанёс противнику поражение где-то в их западных предгорьях. Галльские войска в беспорядке отступили, но посланная в погоню кавалерия Авреола из-за небрежности своего главнокомандующего не сумела настичь беглецов.

Постуму удалось привести свои силы в порядок и укрепиться в Виенне. Галлиен энергично повёл осаду города, однако во время одной из вылазок был серьёзно ранен стрелой, после чего осаду пришлось снять. Император вернулся в Италию, оставив Авреола во главе сильной военной группировки стеречь альпийские проходы от проникновения противника.

Новое вторжение германского племени готов на дунайской границе надолго отвлекло Галлиена от продолжения кампании. Реция стала своеобразной пограничной полосой между владениями соперников. Из-за происходивших здесь постоянных пограничных столкновений её территория на протяжении долгих лет подвергалась опустошениям со стороны германцев. Укрепления лимеса, оставленные своими гарнизонами, за это время окончательно пришли в упадок, а территория Десятинных полей оказалась заселена германцами. Римская власть на этих территориях более не восстанавливалась.

Смерть Галлиена

В 268 году на Нижнем Дунае началось очередное вторжение готов. В нём принимало участие большое число нападавших, выступавших одновременно по суше и по морю. Галлиен с крупными силами прибыл во Фракию, где попытался перехватить их отряды на обратном пути. В разгоревшихся здесь кровопролитных боях готы понесли большие потери, многие попали в плен, ещё больше погибло во время бегства.

Но Галлиену так и не удалось до конца использовать этот крупный успех. В это время, воспользовавшись отсутствием императора, Авреол вместе со своими войсками в северной Италии и Реции перешёл на сторону Постума. Как только Галлиен получил это известие, он немедленно прекратил преследование готов и развернул свою армию на юго-запад. Прежде чем его противники успели объединиться, он уже разбил Авреола в сражении у Медиолана и запер его в городе. Осада продвигалась успешно, Авреол выслал парламентёров, запросив условия капитуляции.

В это время ближайшие помощники Галлиена, включая префекта претория Гераклиана, командира далматской кавалерии Цекропия и других видных военных, составили заговор против императора. Распустив слух о внезапной вылазке неприятеля, заговорщики выманили Галлиена из палатки и устранили руками убийцы.

Гибель Постума

Вскоре от рук собственных солдат погиб и Постум. В начале 269 года в Верхней Германии против него поднял мятеж Гай Ульпий Корнелий Лоллиан. О нём мало что известно. Судя по имени, он происходил из Испании. Лоллиан являлся наместником Верхней Германии или легатом стоявшего в Могонциаке XXII-го Первородного легиона. Он был храбрым воином, возможно, ранее одержал какие-то успехи в борьбе с германцами.

Золотой ауреус узурпатора Лоллиана

О причинах, побудивших Лоллиана поднять мятеж, мы можем лишь догадываться. Примечательно, что на его стороне выступили прежде всего стоявшие на Рейне легионы, которые, по-видимому, были недовольны политикой Постума. Монеты, отчеканенные Лоллианом, редко встречаются в Галлии, что свидетельствует об отсутствии у него поддержки за пределами Рейнской зоны. Одна из отчеканенных им монет несёт на себе легенду «XXX воинская доблесть» (VIRTUS MILITUM), которая, наиболее вероятно, обращена к воинам стоявшего в Ветере (Ксантен) ХХХ-го Ульпия легиона, однако других свидетельств, указывающих на поддержку Лоллиана на Нижнем Рейне, нет. Возможно, тому способствовал кратковременный характер его правления, продолжавшегося лишь два или три месяца.

Уже в марте 269 года в сражении с основными силами Постума где-то неподалёку от Могонциака Лоллиан потерпел поражение и оказался запертым в городе. Сторонники вскоре оставили его, и он был убит. Могонциак открыл ворота перед победителями. Озлобленные тяготами осады, солдаты требовали отдать им город на разграбление, но Постум отказал. Тогда воины схватились за оружие, в завязавшейся схватке Постум был убит.

Германские войны: крушение лимеса

govitya — Mon, 05 Mar 2018 18:23:45 GMT

В первой половине – середине III века в Германии произошли важные политические изменения. Из конгломерата живших вдоль Рейна племен и мелких этнических групп, известных по описанию Корнелия Тацита, сложились крупные объединения, которые во время кризиса середины – второй половины III века перешли в наступление по всей линии границы. Наиболее опасными противниками Рима оказались франки, жившие на Нижнем Рейне к северу от Майна, и алеманны, заселявшие широкое пространство между истоками Рейна и Дуная в предполье Германского лимеса.

Германские союзы

Имя алеманнов, как утверждает римский историк Азиний Квадрат, означает «смешанный род людей». Эта этимология происходит от германского alle Männer («мужской союз») и с большой долей вероятности отражает смешанное происхождение алеманнов из представителей различных племён, к которым относились прежде всего свевы, маркоманны, тюринги, гермундуры, а также, с меньшей долей уверенности, пришедшие с Верхней Эльбы семноны и ютунги.

Бронзовое изображение германца II в. с характерной причёской в форме завязанного на боку «свевского узла». Национальный музей археологии, Будапешт

Впервые имя алеманнов появляется на страницах источников в тексте Кассия Диона, который называет их в качестве основных противников римлян во время экспедиции Каракаллы за Рейн в 213 году, однако похоже, что здесь мы имеем дело с редакцией текста более позднего времени. Это название не отражается ни в монетных легендах, ни в победной титулатуре императоров и надёжно засвидетельствовано в словоупотреблении современников лишь со второй половины 280-х годов.

Хотя римское название алеманнов, безусловно, является отражением современного ему германского имени, однако современные исследователи давно обращают внимание, что оно, скорее, отражает обозначение этой племенной общности снаружи, со стороны соседей, нежели какое-то аутентичное самоназвание. Мы не знаем, называли ли себя сами алеманны этим именем или же его использовали только их соседи, в том числе и римляне. Более того, мы не знаем, ощущали ли они себя единым народом, или представляли собой лишь неустойчивое политическое объединение, созданное в процессе организации походов за добычей или осуществления совместной обороны.

Новейшие исследования акцентируют внимание на роли римлян в процессе формирования алеманнской общности. Ситуация, которую римляне воспринимали как возникновение нового племенного объединения, возможно, являлась всего лишь результатом изменения привычного порядка отношений римской администрации и её пограничных соседей. С начала III века постепенно разрушается устоявшийся порядок, построенный на клиентской зависимости германских вождей, на получении ими регулярных субсидий из Рима, на покровительстве и даже, в случае необходимости, на военной помощи в обмен на их лояльность и принятые на себя обязательства по недопущению грабительских вторжений их соплеменников на римскую территорию.

Пока эта система удовлетворяла амбиции германских вождей, она работала. Но в какой-то момент она дала слабину, и те же зависимые ранее от римлян клиенты пришли к выводу, что прибыль, полученная ими от грабительских походов на римскую территорию, превысит доходы от субсидий за их недопущение. Факторами, которые оказали влияние на этот выбор, могли стать внутренние изменения в социальной структуре германского общества, борьба за власть между проримски и антиримски настроенными группировками знати, скрытая ротация кадров, появление достаточно большого числа лиц, стремящихся увеличить собственный статус благодаря распределению захваченной военной добычи. Дополнительным фактором могли стать миграции, способствовавшие оседанию у римских границ новых групп выходцев из Центральной и Северной Европы.

Германское вторжение

Рассказывая о первом знакомстве с алеманнами, римские авторы прежде всего акцентируют внимание на их высоких боевых качествах. Аврелий Виктор, автор, живший в IV в. и транслировавший представления своего времени на более ранний период, пишет о них как «о многочисленном и удивительно сражающемся на конях племени». После первых конфликтов в 213 году и в 233–236 годах происходят новые столкновения, информация о которых из-за фрагментарного состояния повествовательных источников черпается преимущественно из археологических данных.

Монетные клады на территории Реции, Верхней Германии, Белгики и Галлии, особенно найденные в сельской местности в глубине провинциальной территории, говорят о том, что местные обитатели не чувствовали себя в безопасности из-за периодически повторяющихся набегов варваров. Для правительства в это время, напротив, оказывается характерна глобальная недооценка серьёзности угрозы. В 253 году император Валериан, а в 256–257 годах его сын Галлиен использовали отряды германской армии для решения внутри- и внешнеполитических задач на других направлениях. Можно предположить, что на некоторых участках Германского лимеса вывод гарнизонов и разрушение оставленных без присмотра сооружений произошли ещё задолго до германского вторжения.

Сражение римлян с варварами. Рельеф саркофага из Портоначчо, 180–190 годы. Национальный музей Рима

Надписи удостоверяют, что в 257–259 годах Галлиен находился на Среднем Рейне, где в это время шли какие-то военные действия, ознаменовавшиеся выпуском серии монет с легендой «Германская победа» и «восстановитель Галлии». Противником римлян в это время, скорее всего, выступали франки. Об активности алеманнов в это время нам ничего не известно. Однако как только Галлиен в 259 году направился в Паннонию, где поднял восстание Ингенуй, германская граница сразу подверглась нападению и оказалась прорвана на всём своём протяжении. Описывавшие эту катастрофу римские авторы не жалели для неё чёрных красок. Павел Орозий, христианский автор, живший в начале V века, видел в этих событиях предвестие современных ему бедствий:

«Внезапно c позволения Божия отовсюду приходят в движение племена, жившие до этого кто вблизи, а кто и вдали от империи, и во весь опор устремляются на территории римлян. Германцы со стороны Альп, пройдя Рецию и всю Италию, достигают Равенны, аламанны, минуя Галлию, также переходят в Италию… Франки, живущие в более отдалённых землях, хозяйничают в разграбленной ими Испании».

К сожалению, в этом рассказе слишком мало конкретных деталей и совсем нет хронологических привязок. Основываясь на монетных находках и следах разрушений в Заальбурге, Каперсбурге, Ягcтаузене и Нидербибере, а также на широком горизонте монетных кладов на территории германских и галльских провинций, учёные-археологи начала ХХ в. датировали германское вторжение 259–260 гг. Со временем среди специалистов возобладала более осторожная оценка. Благодаря новым находкам оказалось возможным переосмыслить более ранние датировки, а кроме того, разнести по времени целый ряд событий.

Картина разрушений и гибели

Классическую картину разрушения и гибели мы видим в Нидербибере, римском форте, расположенном на правом берегу Рейна в 40 км южнее Бонна. Гарнизоном форта являлись два отряда, нумер Германских разведчиков из Дивиции и Британский нумер. Раскопки, проводимые в конце XIX – начале XX веков, выявили на территории форта следы пожара и намеренных разрушений, после которых он уже более никогда не восстанавливался.

На территории штаб-квартиры (principia) при раскопках было найдено большое количество костей животных, включая коров, овец, свиней и собак. Общепринятая интерпретация этой находки гласит, что животные были введены вовнутрь укреплений, чтобы пережить угрожавшую их обитателям осаду. В восточной части комплекса, там, где обычно находилось святилище знамён (aedes principiorum), был обнаружен целый человеческий скелет в сидячем положении. Рядом с ним были найдены шлем, статуэтка с надписью genio vexillar et imaginif, а также круглые серебряные фалеры и серебряная табличка с надписью COH V, которые изначально крепились на деревянном древке. Очевидно, они принадлежали знамени VII Ретийской когорты, находившейся в качестве гарнизона в соседнем Нидерберге.

Остатки знамени из Нидербибера

В примыкавшем к помещению принципии соседнем дворе был найден ещё один полный скелет, рядом с которым лежал наконечник копья. Три найденных на территории форта клада и ещё два клада на территории примыкавшего к воротам поселения содержали монеты эпохи правления Валериана – Галлиена, самые поздние из которых были отчеканены в 258 и 259 годах. Это позволяет датировать время гибели укрепления и связать его причину с германским вторжением.

Схожая картина наблюдается в Остербуркене, одном из передовых укреплений лимеса между Майном и Неккаром, построенном около 150 года. Его гарнизон составляла III-я Аквитанская конная когорта римских граждан, а после 190 года также и Британский нумер. При раскопках, проведённых в конце XIX – начале XX веков, здесь было выявлено несколько фаз постройки и реставрации форта. Одна из них датируется 233 годом, когда сам форт и прилегающее к нему гражданское поселение пострадали во время вторжения алеманнов. Надписи и монетные находки, датируемые 244–249 годами, свидетельствуют, что гарнизон вновь вернулся в восстановленный форт и находился здесь до середины III века.

Изображение юного императора на серебряной фалере из Нидербибера принадлежит, по мнению различных исследователей, Гордиану III или Салонину

Найденные при раскопках следы пожара и разрушений, человеческие кости, монеты и остатки оружия указывают на насильственный конец форта и его обитателей. Ещё во время ранних раскопок в западной части форта был обнаружен человеческий скелет с застрявшим в костях наконечником стрелы. Второй скелет был частично завален остатками рухнувшей стены, одна его рука была поднята над головой, другая вытянута в сторону. В время раскопок 1991 года во рву, отделявшем укрепления от канабы, были найдены ещё три взрослых скелета, а кроме того – обгоревшие фрагменты древесины, керамика и фрагменты оружия.

Разрушение форта Пфюнц на Ретийском участке лимеса, который наряду с Нидербибером и Остербуркеном традиционно считали иллюстрацией насильственной гибели римской системы пограничных укреплений, согласно уточнённым данным, по-видимому, следует датировать более ранним периодом, 233–235 годами.

Жертвы среди мирного населения

Легко преодолевая сопротивление немногочисленных пограничных войск, германцы двинулись в глубину римской территории. Римское военное командование было полностью дезорганизовано, и в течение нескольких лет западные провинции подвергались систематическому грабежу. Целью захватчиков являлась добыча, и в её поисках они, прежде всего, атаковали города.

Большинство провинциальных городских центров было обнесено стенами, которые являлись хорошей защитой от нападения, поскольку, как сообщают римские авторы, германцы ещё не умели их осаждать. Чтобы ворваться вовнутрь, им приходилось всецело полагаться на эффект внезапности, помощь перебежчиков и захваченных пленных. Таким образом им удалось захватить до 70 городов, среди которых были такие крупные центры, как Лугдун и Августодун в Галлии и Таракон в Испании.

Если захватить город внезапным нападением не удавалось, то германцы, как правило, разбредались по прилегающей к нему округе, подвергая разграблению богатые виллы и небольшие поселения в сельской местности. Здесь их путь отмечал дым пожаров, поскольку варвары сжигали оставленные жителями дома и разрушали храмы. Получив известия о приближении захватчиков, гражданское население зарывало наиболее драгоценную часть имущества в землю и спасалось бегством. Потоки беженцев хлынули на юг, увеличивая общую сумятицу и сея панику рассказами о многочисленности захватчиков и их жестокости.

Франки грабят римскую виллу

Спастись удавалось далеко не всем. В окрестностях Гельдубы, современного Крефельда, в 22 км северо-западнее Дюссельдорфа, археологи обнаружили массовое захоронение, в котором были найдены тела 13 человек, восемь из которых принадлежали мужчинам в возрасте между 20 и 30 годами, одно – женщине и одно – ребенку. Судя по характерным следам на костях, тела примерно на протяжении месяца оставались на открытом воздухе, прежде чем были в спешке захоронены вернувшимися на место трагедии соседями или родственниками. На поясе женщины оставался кожаный кошелёк, не замеченный ни убийцами, ни могильщиками. Одна из четырёх обнаруженных внутри монет являлась свежеотчеканенным антонинианом Валериана, датируемым 257 годом.

Другая подобная находка была обнаружена при раскопках римской виллы Бургвайнтинг в окрестностях Регенсбурга в Баварии. Вилла была сожжена и разграблена во время вторжения алеманнов в 259 году. В двух колодцах были обнаружены фрагменты костей, принадлежавших 13 индивидуумам. По-видимому, это были родственники, скорее всего семья, проживавшая на вилле, а также их слуги. Найденные черепа имели тяжёлые повреждения. Большинство жертв было убито тяжёлым ударом тупого оружия в лобную область и зону вокруг глаз. Кроме того, один женский череп содержал явственные следы скальпирования. После того как людей убили, их тела были сброшены в колодцы.

Женский череп, найденный в колодце при раскопках римской виллы в окрестностях Регенсбурга. Возраст женщины 20–30 лет, смерть наступила от тяжёлого удара, пришедшегося в область над левым глазом. Режущие отметины над правым ухом свидетельствуют о том, что с головы жертвы был снят скальп

В Ниде-Хеддернхайме жертвы нападения также были брошены в колодец. В данном случае речь тоже идёт о семье, которая включала мужчину и женщину возрастом между 25 и 30 лет, а также 3-летнего ребенка. Все они также были убиты тяжёлыми ударами, нанесёнными по головам. Кроме человеческих останков, на дне колодца были обнаружены скелеты трёх собак и кошки, брошенных туда вместе с людьми. Интересно, что погибшие, ставшие жертвами грабителей, были, вероятно, германского происхождения. Они, вероятно, являлись слугами, оставшимися дома, несмотря на надвигающуюся угрозу.

Маршруты вторжения

Выше приведённые слова Павла Орозия, равно как и слова других историков (Аврелия Виктора и Евтропия) позволяют очертить область, охваченную германским вторжением. Ещё одним информативным в данном отношении источником является топография монетных кладов этого времени. Будучи нанесённым на карту, ареал находок показывает, что опустошению подверглись огромные территории, включая левый берег Рейна, долину Мозеля и территорию Белгики вплоть до берегов Сены. На территории Лугдунской Галлии область распространения кладов простирается до среднего течения Луары.

Отдельные группы захватчиков проникали ещё дальше на юг, в Аквитанию и Нарбоннскую провинцию. Отсюда, согласно сообщениям римских авторов, они пересекли Пиренеи и вторглись в Испанию, где франками была разрушена столица провинции, Тарракон. Захватив в гавани находившиеся здесь корабли, варвары совершили набег на побережье Северной Африки, после чего каким-то непостижимым образом смогли вернуться домой. Этот рассказ можно было бы посчитать выдумкой, если бы он не находил подтверждения в эпиграфическом материале. При раскопках Тамуды на территории римской провинции Мавретании Тингитане (Тетуан, Марокко) в 1933 г. была найдена надпись с упоминанием barbaros … inrupe[ntes], которую исследователи связывают с нападением германцев.

Карта кладов, датируемых периодом правления Галлиена (254–268 годы)

В это же время алеманны заняли оставленную римскими гарнизонами область Десятинных полей и отсюда продвинулись в юго-западном направлении, на территорию Верхней Германии и Галлии. Так же как и франки, на своём пути они сжигали города и разрушали храмы. Жертвой их нападения стала столица гельветов Авентик, сегодняшний Авенш в Западной Швейцарии. Средневековый хронист сообщает, что варвары разрушили город, «ведомые неким Вибиллием». По-видимому, это сообщение отражает какую-то местную устную традицию. Римское имя Вибиллия скорее принадлежит местному уроженцу, выступившему в качестве предателя, нежели германскому предводителю.

Двигаясь после разрушения Авентика далее на запад, часть алеманнов вышла к верховьям Роны и Луары, а затем, соединившись на территории Нарбоннской провинции с действовавшими здесь франками, ушла вместе с ними в Испанию. Отделившиеся от них отряды повернули в восточном направлении и через территорию Коттиевых Альп сумели прорваться в северную Италию. Здесь отдельные шайки добирались до Медиолана (Милан).

Основная часть алеманнов в это время подвергала грабежу территорию Реции, правительственный контроль над которой на какое-то время был полностью утрачен. Остатки населения провинции оказались предоставлены сами себе. Сокращение области монетных кладов свидетельствует об упадке социальной и экономической активности, связанном с резким уменьшением численности населения. Предав огню столицу Реции Кастра Регину (Регенсбург), алеманны проникли отсюда на сопредельную территорию Норика и Паннонии, где в это время также хозяйничали орды маркоманнов. Соединившись вместе, через восточно-альпийские проходы германцы направились в Италию.

Комплект римского военного снаряжения середины III века. Современная реконструкция

Италия в это время была полностью лишена войск и обещала стать лёгкой добычей. Вскоре отряды алеманнов появились в долине По и даже начали доходить до окрестностей Равенны. Беженцы, устремившиеся на юг, распространяли панические слухи о большом числе и жестокости нападавших. Со дня на день захватчиков ожидали в Риме. Сенат принял постановление раздать оружие для защиты столицы городскому плебсу. Зосим следующим образом рассказывает об этих событиях:

«С тех пор как Галлиен упорно продолжал стоять по ту сторону Альп, увязнув в германских войнах, Рим оказался в чрезвычайной опасности. Сенат мобилизовал солдат в столице, а кроме того на службу пришлось призвать сильнейших граждан. Таким образом, было сформировано войско, превосходившее варваров по численности и так ужаснувшее врагов, что они отошли от Рима, но при отступлении разорили фактически всю Италию».

Зосим выступает с просенатских позиций, приписывая заслугу изгнания варваров из Италии сенату. Иная точка зрения обнаруживается в тексте Зонары, который отдаёт эту заслугу императору:

«Галлиен, имея при себе лишь 10 000 воинов, неподалёку от Медиолана одержал победу над алеманнами, которых было 300 000… После этого он воевал ещё против франков».

Цифра в 300 000 нападавших, которую называет Зонара, значительно преувеличена. Она фигурирует в пропагандистском тексте, который стремится акцентировать внимание на заслугах победителя. Кроме того, характер действий завоевателей, разбившихся на мелкие группы, чтобы опустошить максимально обширную территорию, порождал иллюзию их многочисленности.

Вовремя появившись с достаточно крупными силами в Северной Италии, Галлиен сумел заставить варваров отступить восвояси. Тем не менее, как демонстрируют последующие события, борьба с ними была далеко ещё не окончена.

Германские войны: кризис III века

govitya — Mon, 05 Mar 2018 18:19:48 GMT

Середина – вторая половина III века ознаменовалась серьёзным военно-политическим кризисом Римской империи. В условиях резкой активизации её противников по всему периметру границы и начала крупных вторжений варваров в глубину государства военачальники, возглавлявшие крупнейшие провинциальные военные группировки, один за другим начали провозглашать себя императорами и бороться за власть друг с другом и с правительством. За пятьдесят лет между 235 и 285 годами сменилось 49 императоров. Почти все они отличались низким происхождением, пришли к власти военным путём и умерли насильственной смертью. В историю это время вошло под названием «эпоха солдатских императоров».

Правление юного императора

10 мая 238 года восставшие солдаты убили императора Максимина Фракийца и его сына. Императором был провозглашён тринадцатилетний Гордиан III, который опирался на старую правящую аристократию, на время отодвинутую от власти в течение правления Максимина. Благодаря опытным советникам, среди которых важнейшую роль играл тесть императора Темисефей, Гордиану постепенно удалось решить большинство проблем, созданных предыдущим правителем.

Император Гордиан III и его приближённые. По-видимому, роскошный мраморный саркофаг предназначался для Юния Бальба, отца императора. Судя по особенностям одежды и причёсок, он был изготовлен в 230–240 годах. Национальный музей Рима

Основная угроза империи в это время исходила извне. На Дунае активизировались карпы и готы, на Востоке продолжались набеги персов. В их руки перешёл ряд пограничных городов, и в 242 году Темисефей планировал предпринять крупное контрнаступление. Во главе собранной армии должен был стать юный император. В её состав входили не только восточные легионы, но и вексилляции и вспомогательные отряды, приведённые с рейнской и дунайской границы.

Вероятно, вывод войск для участия в походе мог подтолкнуть германцев предпринять ряд нападений на оставшиеся без защиты участки границы Верхней Германии и Реции. На территории восточной Баварии к настоящему времени обнаружено 11 монетных кладов, датируемых 241–242 годами, что говорит об опасности, которой подвергалась в это время жизнь местных обитателей. При раскопках ретийских укреплений Гунценхаузен и Кёшинг были обнаружены крупные монетные клады, включавшие серебряные денарии Гордиана III. Клады рассматриваются как следствие боевых действий, развернувшихся в этом районе и связанных с пожаром, уничтожившим постройки на территории обоих фортов. Альтернативное объяснение заключается в том, что клады могли быть оставлены солдатами из гарнизонов соответствующих лагерей, отправлявшимися на восток воевать против персов.

К этому же времени относятся пожар и следы разрушений, обнаруженные при раскопках римского укрепления в Кюнциге (Квинтана). При раскопках принципии форта с восточной и с западной её стороны были найдены два клада. Один из них включал бронзовые элементы парадного вооружения и лошадиной сбруи, а другой – многочисленные наконечники копий и дротиков, мечи, кинжалы, топоры, гвозди и другие железные предметы. Исследователи полагают, что эти объекты находились внутри оружейного склада, когда форт был атакован и сожжён. Найденный здесь же свежеотчеканенный бронзовый ас Гордиана III позволяет датировать эти следы 242–244 годами.

Персидский поход завершился неудачей. Из-за жары, постоянной нехватки воды и продовольствия армия испытывала сильные лишения, в которых солдаты винили юного императора. Персы уклонялись от решительного сражения и вели умелую партизанскую войну. В феврале 244 года Гордиан III умер от полученных в стычке ран или был убит возмущёнными солдатами. Его преемником стал префект претория Марк Юлий Филипп, который поспешил заключить мир с персами.

Императоры и полководцы

Кратковременное правление этого императора прошло в войнах на Нижнем Дунае, где основными противниками римлян являлись карпы. Хотя в 247 году Филипп присвоил себе титул «Карпийский» в честь одержанной над варварами победы, должно быть, солдаты не были удовлетворены результатами кампании. В 249 году они провозгласили императором сначала командовавшего ими Тиберия Клавдия Марина Пакациана, а затем видного сенатора Гая Мессия Квинта Деция. В сентябре 249 года в сражении у Вероны в северной Италии войска Филиппа были разбиты, а сам он вместе с сыном убит. Децию в 250–251 годах пришлось вновь воевать на Дунае против карпов и против готов. В 251 году он вместе со своим сыном погиб в сражении с ними при Абритте.

Его преемник, Гай Вибий Требониан Галл, заключил с готами мир, пообещав им большие суммы денег. Новый римский командующий Марк Эмилий Эмилиан отказался передать деньги готам, а вместо этого раздал их солдатам, которые весной 253 года провозгласили его императором. Требониан Галл оказался застигнут врасплох, предан и убит своими людьми. Эмилиан продержался у власти лишь 3 месяца.

Саркофаг Людовизи из драгоценного проконнеского мрамора предназначался для Гостилиана, сына императора Деция, погибшего в сражении с готами в 251 году. Национальный музей Рима

В августе 253 года в Италию с войсками, собранными в Реции и Германии, вступил Публий Лициний Валериан. В сражении у Сполеция войска Эмилиана перешли на его сторону, а сам он был убит. Валериан был признан Сенатом и назначил своим соправителем старшего сына Публия Лициния Эгнация Галлиена. Весной 254 года Валериан покинул Рим и выехал на Восток империи, которому вновь угрожали персы. В начале 260 года он был разбит в сражении при Эдессе и попал к персам в плен. Эти события спровоцировали начало многочисленных узурпаций и восстаний в различных провинциях империи.

Римский лимес в последнее десятилетие своего существования

Из-за дефицита источников представление о том, как разворачивался кризис на германской границе, мы можем составить лишь на основе косвенных данных. Как представляется, на протяжении 242–254 годов на Рейне сохранялось относительное затишье, которое позволяло перебрасывать стоявшие здесь войска на другие участки границы. Посвящение с территории современной Румынии (Leg(ionis) XXII Pr(imigenia) P(ia) F(idelis) Phi[li]ppianorvm) свидетельствует об участии германских вексилляций в военной кампании, которую в 245–247 годах Филипп I Араб вёл против карпов в Дакии. В 248 году эти же солдаты были задействованы в восстановительных работах в Ромуле (Решка, Румыния).

Как следует из слов историков Аврелия Виктора и Евтропия, снятые с границы военные части обеспечили победу и признание власти командовавшего ими Валериана летом – осенью 253 года. Часть этих солдат из Италии вернулась в места постоянной дислокации, остальные вслед за Валерианом отправились на Восток воевать против персов. Наконец, в нашем распоряжении имеется надпись из Бискры (Алжир), удостоверяющая, что в октябре 253 года находившаяся в Реции вексилляция III Августа легиона по приказу Валериана была переведена в Нумидию, где на её основе был воссоздан ранее распущенный легион. Эти мероприятия были бы невозможны, если бы граница с Германией в это время находилась под угрозой вражеского вторжения. Однако постоянный отток отрядов, входивших в состав пограничных гарнизонов, неминуемо должен был ослабить оборону прирейнских провинций.

Посвящение солдат I Минервы легиона императору Максимину Фракийцу. Имя императора сколото вследствие принятого сенатом постановления о «проклятия памяти». Подобная участь часто постигала имена «солдатских императоров», большинство из которых с официальной точки зрения являлись узурпаторами

Надписи, обнаруженные при раскопках Германского лимеса, свидетельствуют, что в 230-х–240-х годах в пограничных крепостях ещё находились римские гарнизоны. Известна датируемая 237–238 годами надпись I Треверской когорты из Цугмантеля и надпись III Аквитанской Филипповой когорты из Остербуркена, датируемая периодом между 244 и 249 годами. В Орингене в 241 году всё ещё находилась I Бельгийская Септимиева когорта, в Ягстхаузене солдаты I Германской когорты в 244–247 годах чинили баню, а в 248 году оставили посвящение богине удачи Фортуне в местном храме.

Вместе с тем, симптоматичным выглядит редкость или даже полное отсутствие монетных находок на пограничных укреплениях. В Мариенфельсе, находившемся в северной части лимеса, самые поздние монетные находки датируются правлением Максимина Фракийца, в Заальбурге и Цугмантель на Тавне – правлением Гордиана III или Деция, в Остербуркене – Требониана Галла. В Хеддесдорфе, Бад Эмсе, Хольцхаузене и Альтебурге последние монетные относятся к периоду между 235 и 253 годами. Та же картина наблюдается в укреплениях на Тавне Фельдберге и Бюцбахе, а также в Гросскроценбурге, Стокштадте и Обернбурге на Майне. На Ретийском лимесе последние монетные находки в Гунценхаузене и Кёшинге датируются правлением Гордиана III, в Хальхайме и Руффенхофене – временем между 235 и 253 годами. Наиболее поздней монетной находкой здесь является клад из Вайзенбурга, датируемый 251–253 годами.

Начало конца

В силу фрагментарности источников сложно составить точную хронологию событий. Кажется, что первые нападения на приграничные территории имели место начиная с весны 254 года, однако основным театром военных действий, где находился сам Галлиен с походной армией, в это время являлась граница на Верхнем и Среднем Дунае. Маркоманны и квады грабили Паннонию, карпы – Дакию. Для борьбы с ними на Дунай были переброшены отряды из соседних провинций.

Посвящение Юпитеру из Сирмия (Сремска Митровица), составленное от имени вексилляций британских и германских легионов с приписанными к ними вспомогательными частями (vexill[atii] leg[ionum] [G]ermanicia [e]t Britannicia [cu]m auxilis [e]arum), свидетельствует об их присутствии на фронте военных действий в Паннонии в 256–257 годах. В это время Галлиену удалось добиться ряда успехов, о чём говорит отчеканенная им в 254–257 годах серия монет с легендой «Германская победа», а также принятый в 256 году победный титул «Дакийский Величайший».

Германский лимес в середине III в. Укрепления, оставленные римлянами до 260 г.

Аврелий Виктор сообщает, что мир с царем маркоманнов был скреплён женитьбой Галлиена на его дочери Пипе, причём выкупом тестю послужила уступленная ему часть территории Верхней Паннонии. Добившись временного замирения на Дунае, в 257 году Галлиен отправился в Галлию, границам которой угрожали в это время германцы. Своим заместителем в Паннонии он оставил старшего сына Публия Корнелия Лициния Валериана II, которого он провозгласил цезарем и своим наследником. Опеку над юношей, которому шёл в это время 15-й год, должен был осуществлять опытный военачальник Ингенуй.

Своей штаб-квартирой на Рейне Галлиен избрал Колонию Агриппины (Кёльн), укрепления которого были недавно отреставрированы. В скором времени сюда из Виминация (Костолац) в Мёзии перевели императорский монетный двор. Отчеканенные здесь монеты содержали легенды «Германская победа» и «восстановитель Галлии».

Выбор императорской резиденции показывает, что основная опасность для римских границ в это время исходила от живших на Нижнем Рейне франков. Для борьбы с ними под его командованием была собрана армия, в составе которой засвидетельствовано присутствие вексилляций британских легионов и вспомогательных частей. Военная удача снова улыбнулась римлянам, и осенью 257 года Галлиен присвоил себе победный титул «Германский Величайший». Зосим рассказывал, что императору удалось заключить союз с одним из вождей варваров, который стал на защиту рейнской границы и препятствовал тем из своих соотечественников, которые пытались переправиться на другой берег.

Публий Лициний Эгнаций Галлиен. Глиптотека, Копенгаген. Для историков, как древних, так и современных, Галлиен оставался крайне противоречивой фигурой. Как правило, они высоко ценили его энергию, способности, эстетические вкусы, однако ставили ему в вину неспособность воспротивиться вторжениям варваров и военным мятежам. Время правления Галлиена знаменует достижение пика военной и политической нестабильности Римской империи

В 258 году в Сирмии при невыясненных обстоятельствах умер Валериан II. Опекавший его Ингенуй, почувствовав, как над его головой сгущаются тучи, в 259 году провозгласил себя императором. Возможно, причиной, побудившей его пойти на узурпацию, стал разгром и пленение Валериана Старшего на Востоке, а возможно – и начавшееся в Реции вторжение алеманнов, которое должно было оттянуть на себя внимание Галлиена.

Из-за проблем с хронологией событий в 259–260 годах их последовательность до сих пор не вполне ясна. Как представляется сегодня, Галлиен отреагировал на узурпацию достаточно быстро. Оставив в качестве военачальника на Рейне своего младшего сына Публия Корнелия Лициния Салонина, которого после смерти Валериана II он назначил цезарем, во главе недавно созданного мобильного корпуса войск, Галлиен устремился в Паннонию. Летом 259 года его военачальник Авреол разбил узурпатора в сражении при Мурсе. Ингенуй был осаждён в стенах Сирмия и вскоре вынужден был покончить с собой.

Пока Галлиен в Сирмии вёл следствие относительно обстоятельств мятежа, воспользовавшись отсутствием войск на границе, германцы на Рейне перешли в наступление. Франки, переправившись через реку, вторглись в Нижнюю Германию и Белгику. Алеманны прорвались через пограничные укрепления лимеса и захватили стратегически важный участок Десятинных полей. Под их общим натиском германская граница разом рухнула на всём своём протяжении.

Германские войны: тучи сгущаются

govitya — Sun, 04 Mar 2018 17:23:52 GMT

После войны Домициана против хаттов в 83–84 гг. Рим перешёл от экспансии в земли германцев к политике сдерживания. Материальным воплощением нового курса стало строительство пограничных укреплений Германского лимеса. На протяжении большей части II в. на Рейне наблюдалось затишье, которое позволяло использовать отряды германской армии для военных действий на других фронтах. Видя постепенное ослабление выставленных против них военных сил, германцы вновь осмелели и стали испытывать на прочность римскую систему обороны. Когда в 232–233 гг. император Александр Север увёл часть рейнской армии на восток для войны против персов, граница подверглась нападению на широком фронте.

Германская экспедиция Максимина Фракийца

В 234–235 гг. император Александр Север приступил к подготовке похода против мятежных германцев. В разгар приготовлений 19 марта 235 г. он был убит взбунтовавшимися солдатами, которые провозгласили новым императором командовавшего ими Гая Юлия Вера Максимина. Это был старый воин, выслужившийся из простых солдат благодаря огромному росту и силе. Прозванный Фракийцем за своё варварское происхождение, он пользовался широкой известностью в армии.

Максимин Фракиец выделялся огромным, более 2 метров, ростом и телесной силой, которую он сохранил и в преклонном возрасте. Он вызывал на борьбу и валил зараз на землю по 15 человек, а гружёную телегу мог притянуть к себе одной рукой

Римские солдаты встретили равнодушно известие об убийстве молодого императора, которого они считали изнеженным и не воинственным. Максимин щедро раздавал деньги простым воинам, что обеспечило ему их поддержку. Офицеры ненавидели его за низкое происхождение, но обе попытки устроить против Фракийца заговор провалились, а участвовавшие в них люди погибли. Преследуя заговорщиков, Максимин проявил варварскую жестокость. По его приказу были убиты многие бывшие сподвижники Александра и даже его слуги — всего более 4000 человек.

После этого Максимин возобновил войну против германцев. Его армия перешла Рейн по заранее выстроенному понтонному мосту у Могонциака и вторглась вглубь территории противника. Как пишет Юлий Капитолин,

«вступив в зарейнскую Германию, он сжёг на протяжении тридцати или сорока миль варварской земли все посёлки, угнал стада, забрал добычу, перебил множество варваров, повёл назад воинов богатыми, взял в плен несчётное количество людей, и если бы германцы не бежали с равнин в болота и леса, он подчинил бы всю Германию римской власти».

В схожих выражениях о походе рассказывает Геродиан:

«Он опустошил всю страну в пору полного созревания хлебов и, поджигая деревни, отдавал их войску на разграбление… Германцы отступили с равнин и с тех мест, где не было деревьев, прятались же они в лесах и держались около болот, чтобы там вступать в сражение и совершать набеги, потому что чаща растений задерживала в себе стрелы и дротики врагов, а глубина болот становилась для римлян опасной из-за незнания местности; им же самим, знавшим по опыту местность и погружавшимся лишь до колена в труднодоступных и коварных местах, легко было проходить».

Император лично участвовал во всех сражениях, демонстрируя незаурядное военное мужество и силу. Подобно воину, он разил противника своей собственной рукой и перебил при этом много народу.

«Когда около какого-то большого болота, к которому в бегстве отступили германцы, римляне не решались их преследовать, Максимин, первым бросившись в болото вместе с конём, хотя конь и погрузился в воду выше живота, стал убивать стоявших против него варваров, так что остальное войско, постыдившись предать государя, сражавшегося за них, воспрянуло духом и вступило в болото; с обеих сторон пало большое число людей: из римлян (…), из варваров – почти все тогда участвовавшие; особенно отличился сам император – настолько, что болото наполнилось телами, и из-за стоячей воды, смешавшейся с кровью, сражение пешего войска имело вид морского боя».

Отправив в Рим донесение об одержанной победе, Максимин сопроводил его картинами с изображением этих подвигов, которые приказал выставить на форуме. Эти картины после его смерти сенат приказал убрать и сжечь.

Римляне сжигают деревню варваров, убивают мужчин и угоняют в плен женщин и детей. Рельеф колонны Марка Аврелия в Риме

Хронология похода Максимина основана на надписях и монетных легендах. Судя по надписи на милевом столбе из Бонорвы на Сардинии, Максимиан впервые был провозглашён императором ещё в конце 235 г., после успехов, одержанных в ходе летней кампании этого года. Вторичная императорская аккламация и получение торжественного титула «Германский», который зафиксирован на его монетном чекане, приходится уже на начало 236 г. По-видимому, Максимин провёл зиму в Регенсбурге, а затем весной 236 г. вёл какие-то военные действия на границе Реции, что и было отмечено в его титулатуре.

Летом он перебрался в Сирмий в Паннонии, где начал готовить большой поход против сарматов и даков, имевший место в следующем году. Что касается маршрута продвижения римской армии в Германии, то исследователи в течение долгого времени руководствовались указанием цитируемого Юлием Капитолином фиктивного письма Максимина к Сенату, в котором указывалось, что римские войска опустошили германскую территорию «на протяжении сорока или пятидесяти миль» (60–75 км).

Ранее, в цитируемом выше фрагменте, сам историк говорит о расстоянии «тридцать или сорок миль» (45–60 км). Но на самом деле в рукописи Бамбергского кодекса читается «trecenta – quadringenta», т.е. 300–400 миль (!), которые переводчик и издатель Клавдий Салмазий скорректировал до нынешней формы в своём парижском издании Historia Augusta 1620 года. Соответственно, если придерживаться первоначального прочтения, то от верховьев Майна и Неккара, где традиционно локализуются события Германского похода Максимина Фракийца, они переносятся к верховьям Верры и Эльбы. И для такого переноса в последние несколько лет были получены серьёзные основания.

Поле битвы в Харцхорне

В 2000 г. в окрестностях городка Калефельд на территории Нижней Саксонии археологи-любители случайно наткнулись на россыпь предметов римского вооружения, датируемых первой половиной III в. В результате раскопок в 2008–2009 гг. участка площадью 2000 на 700 м здесь было обнаружено более 3100 металлических объектов. Они включали части шлема, фрагменты кольчуг и чешуйчатых доспехов, 214 наконечников лёгких копий и дротиков, 131 наконечник стрел и болтов, поясную гарнитуру, 1400 гвоздей от сандалий, а также 16 монет, отчеканенных в период правления Каракаллы, Элагабала и Александра Севера. Находка была интерпретирована археологами как место большого сражения, произошедшего здесь между римлянами и германцами. С большой вероятностью оно произошло во время кампании, которую в 235 г. вёл за Рейном Максимин Фракиец.

Месторасположение находок у Харцхорна и вероятный маршрут похода римских войск в ходе кампании 235 г.

Харцхорн представляет собой восточную оконечность гряды поросших лесом холмов, протянувшихся на 4 км в направлении с востока на запад и образующих своего рода естественный барьер между гессенской низменностью и долиной Веттерау. Движение в направлении с севера на юг здесь возможно лишь через дефиле между холмами шириной 600 метров. Сегодня здесь проходит трасса автобана 248, а в прошлом протекал ручей. Избегая болотистой низменности, дорога к проходу шла по нижнему склону холмов.

Это «бутылочное горло» было выбрано германцами для засады на пути римской армии, возвращавшейся из похода к верховьям Эльбы. Римляне едва ли избрали бы такую позицию для сражения в привычном для себя стиле. Скорее всего, инициатива принадлежала германцам, которые намеревались ошеломить противника нападением врасплох. Возможно, их целью был обоз, поскольку среди находок фигурируют кости вьючных животных и металлические части повозок. Подвергнувшись внезапному нападению, римляне дали нападавшим отпор и организовали контрнаступление, в котором приняли участие отряды тяжеловооружённой пехоты, кавалерии и стрелков.

Сражение у Харцхорна: римляне обстреливают засевших на холме германцев из луков и катапульт

Расположение находок позволяет представить в общих чертах, как проходило сражение. С северной стороны, у самого подножия холма, на участке траншеи длиной 32 и шириной 2 метра была обнаружено около 40 железных наконечников стрел катапульты. Длина находок колебалась от 6 до 13 см, а вес – от 25 и 75 г. Значительная часть наконечников была деформирована вследствие удара о землю, что свидетельствует о значительной силе выстрела из катапульты. Кроме этих метательных снарядов, здесь же было найдено 43 наконечника от обычных стрел для луков, в том числе 24 трёхлопастных экземпляра. Такие стрелы использовались восточными лучниками, что подтверждает информацию Геродиана о том, что большое их число находилось в составе армии Александра Севера.

Ещё одно место концентрации оружия было обнаружено на гребне холма и на его пологом южном склоне. Здесь археологи нашли 7 больших наконечников копий и 36 наконечников, принадлежавших лёгким дротикам, которые, как считают исследователи, находились на вооружении римских всадников. Кроме того, были обнаружены фрагменты трёх римских пилумов, которые свидетельствует о присутствии на поле боя легионеров. Отдельно следует отметить 4 наконечника копий, принадлежавших германцам.

Наконечники дротиков и болтов от катапульты, найденные в Харцхорне

По-видимому, компоновка обоих раскопов и различный характер находок в них соответствуют двум стадиям боя. В первом раскопе были найдены преимущественно наконечники метательных снарядов, соответствующие ситуации обстрела противника с большого расстояния на начальной стадии сражения. Вызывает интерес наличие большого числа наконечников болтов катапульт, являющихся надёжным свидетельством применения римлянами лёгких метательных орудий в ходе полевого сражения.

На втором этапе римляне предприняли контратаку вверх по склону холма, комбинируя при этом действия тяжеловооружённой пехоты и кавалерии. Находок остатков метательного оружия на гребне холма и на южном склоне практически нет. Напротив, наряду с наконечниками копий и дротиков встречаются фрагменты кольчуги, выпавшие из доспеха отдельные чешуйки и фрагмент бронзового козырька шлема, свидетельствующие о имевшей место рукопашной схватке и преследовании бегущих. В результате дальнейших исследований в ноябре 2010 г. на удалении примерно 2 км от Харцхорна в сторону Калефельда в юго-восточном направлении были обнаружены новые места концентрации военных находок, которые свидетельствуют о продолжительности погони.

Поле боя у Харцхорна, вид с севера на юг, современная реконструкция топографии и хода сражения:
1. Римская армия возвращается из похода на зимние квартиры в Могонциак.
2. Германцы блокируют проход в теснине между холмами и болотистой низменностью. Римляне используют стрелков и метательные машины, чтобы сбить их с занятой позиции.
3. Германцы отступают вдоль южного гребня холма в западном направлении, их преследует римская кавалерия и лёгкая пехота.
4. Римская тяжёлая пехота обходит холм с северной стороны, чтобы взять противника в клещи.
5. Второе столкновение с использованием стрелков и решительной атакой пехоты вверх по склону.
6. Германцы, потерпев поражение, отходят, римляне их преследуют.

Поле битвы у Харцхорна расположено далеко к северу от ближайших римских пограничных укреплений, что меняет представления исследователей о ходе военных действий между Римом и германскими племенами. Выяснилось, что не только в эпоху завоевания при Августе – Тиберии римляне предпринимали вторжения далеко в глубину территории Германии. Происходили они и в первой половине – середине III в. в качестве реакции на варварские вторжения или в качестве превентивных ударов. Сегодня мы не можем утверждать, являлся ли этот эпизод уникальным событием, или походы к верховьям Эльбы предпринимались регулярно, но ввиду находок у Харцхорна последний вариант выглядит достаточно реалистично.

Кончина Максимина

В течение 236–238 гг. Максимин находился в Паннонии, где предпринял ряд походов против сарматов и даков. Война, а ещё больше – щедрые раздачи воинам, которые он устраивал, быстро исчерпала имевшиеся ресурсы государственной казны. Для её наполнения Максимин прибегнул к жестоким поборам и конфискациям имущества знати, которую он обвинял в заговорах против власти. Проводившаяся им политика террора вызвала недовольство среди самых широких слоёв населения.

В марте 238 г. против него вспыхнуло восстание сначала в Африке, затем в Риме, где на сторону восставших стал Сенат. Получив известие о своём низложении, Максимин развернул находившуюся под его командованием дунайскую армию и повёл её на Италию. На его пути находилась Аквилея, хорошо укреплённая посланным Сенатом бывшим городским претором Рима Максимом. Осада города складывалась для Максимина неудачно, защитники отбили несколько приступов, в армии начались болезни и голод. 10 мая солдаты подняли мятеж, Максимин и его сын были убиты, а их головы отправлены в Рим.